Книга Развод? Прекрасно, дорогой!, страница 130 – Евгения Серпента

Еще днем я была самым несчастным человеком на свете. Ну, думала так. А сейчас все вдруг кардинально изменилось. Только счастье это было не бурным-бешеным, а мягким и тихим, как вечер в августе. Может, и хорошо, что я выплеснула все бурлившее внутри, оставив вот эту тихую светлую радость.

- Не снится.

- Слушай, а ты резинки правда выбросил?

- Да. Когда выходил. Зашел в спальню и выбросил. А что, не надо было?

- Надо. То есть ты еще дома решил? А чего тогда так долго думал? Сейчас?

- Я не думал, Ань, я ждал. Когда ты добьешь наконец свой бифштекс. Не делать же предложение жующей женщине.

- А не надо было такой большой заказывать.

- Да кто ж знал, что такой огромный принесут.

Радость хоть и была тихая, а все-таки пузырилась, как шампанское, покалывала изнутри тоненькими иголочками.

- Поедем домой?

- Поедем, - Артем кивнул официанту, который караулил нас, как коршун цыпленка.

- Помнишь, как тогда? – спросила я, когда мы сели в машину, и положила руку ему на колено. – В первый раз?

- Помню. Ты сказала на светофоре: «Стартуй, зеленый». И… нажала на газ.

- Так? – я сдвинула руку выше.

- Угу, - он плотно прижал мою ладонь своею. – Я думал, что до дома не доеду. Сверну в первый же переулок и трахну тебя прямо в машине.

- А кстати, Багира, почему мы никогда не трахались в машине? Пробел!

- Хочешьпрямо сейчас? – он посмотрел на меня с сомнением.

- Хочу, но не стоит. Машину не отмоешь.

- Вот ведь блин. Зато представляешь, как потом будет классно? Без резинок, а?

- Это ты меня так дразнишь? – прошипела я, расстегивая ему молнию. – Ну ладно, считай, сам напросился.

Выпустив член на свободу, я провела по нему сначала ладонями, потом языком. Обхватила губами, наклонилась, впуская глубже. Это было жутко неудобно: мешали коробка и руль. Но я все-таки как-то пристроилась и вошла в ритм. Артем гортанно стонал, откинувшись на спинку и придерживая меня за волосы. До финала оставалось всего ничего, когда в стекло постучали.

- Блядь, - прошипела я, едва не подавившись. Подняла голову, увидела неоново-желтый жилет и повторила: - Ой, блядь!

- Спокойно, он ничего не видел. Стекла тонированные.

Кое-как заправив свое хозяйство, Артем застегнул молнию и нажал кнопку. Стекло поехало вниз.

- Лейтенант Копылов, документики ваши.

Артем полез за правами и техпаспортом, а я, умирая от стыда, отвернулась к своему окну. Тонированные – ну да, издали ничего не видно. А вблизи, если прямо носом в стекло – очень даже.

- Из машины выйдите! – приказал лейтенант.

Я уже собралась поинтересоваться, что именно мы нарушили, находясь на частной территории, но Артем сжал мое колено и открыл дверь. Поговорил минут пять, сел за руль и завел двигатель.

- И чего? – не выдержала я.

- Ничего, - фыркнул он. – Хотел штрафануть на тысячу за мелкое хулиганство, поскольку мы оскорбляли общественную нравственность.

- Чего мы оскорбляли? – взвилась я, как Змей Горыныч. – Нас никто не видел.

- Ну он-то видел. То есть сначала услышал, а потом уже увидел. Значит, якобы, и любой другой мог увидеть. Нашел с кем бодаться! Он мне уже сам готов был тысячу дать, лишь бы я сел и уехал побыстрее.

Тут нас обоих разобрал дикий хохот. Как тогда, на даче, когда нас застукала его мамаша.

- Ань, зато потом будет что вспомнить, - заливался Артем. – Бонусом к предложению руки и сердца. И кстати… - он перевел ручку на драйв и мимоходом провел по моему бедру. – Мы не закончили. Но лучше дома.