Книга Развод? Прекрасно, дорогой!, страница 59 – Евгения Серпента

Правда, потом придется на себя в зеркало смотреть. И торговаться с совестью, что это не я, это обстоятельства такие, а сама-то я хорошая. Это вообще Дроздов, сука, во всем виноват.

А может, ну его на хер? Вот встать сейчас и уйти. Что будет?

А что будет? Ничего. Он отыграет все назад, Пашечка до суда быстренько сольет все, что сможет. Или даже банкротство затеет. И достанется мне гарантированно только половина дома и половина его бэхи. На Генкину квартиру этого не хватит, даже если продать Юлину и свою машину. Хотя нет, машину не продашь, она тоже совместно нажитое имущество. Но, может, Генка согласится на рассрочку? Да и проект я ему бесплатно сделаю.

Малиновский говорил о чем-то, я кивала, не слушая и думая о своем, и резко вздрогнула, когда его ладонь накрыла мою руку.

- Да-а-а… - рассмеялся он не слишком весело. – Вот так и приходит старость. Когда-то девушки хотели со мной спать просто так. Потому что я хороший парень Серега. Потом за деньги. А теперь уже и за деньги не хотят. Только потому, что другого выхода нет. Грустно.

Что я могла на это ответить? Что он еще о-го-го, просто я?.. А что я, собственно? Пришла ведь, прекрасно зная зачем.

- Ладно, Аня, я не любитель насиловать трупы. Но в то же время и не благотворительная организация. Предлагаю компромиссный вариант. Ты занимаешься Миланкиным домом бесплатно. Устроит? Не пугайся, я оплачу, разумеется, и материалы, и мебель, и рабочих, но ты ничего не получишь.

Из меня словно воздух вдруг выпустили, остался один алкоголь.

- Спасибо, устроит, - я пьянорассмеялась. – Вот уж не знала, что моя пизда стоит два миллиона.

Наверно, я сказала это слишком громко – пожилая пара за соседним столиком вытаращилась на меня, приоткрыв рты.

- Не льсти себе, девочка, - усмехнулся Малиновский. – Два ляма не стоит ни одна пизда в мире. Хотя иногда приходится платить и больше. Но это, скорее, накладные расходы. А два ляма – это, скажем так, отступные за ее неиспользование. Но учти, - он наклонился над столом и жестко посмотрел на меня в упор, - если накосячишь с домом, это будет твой последний проект. Поняла?

Я не стала уточнять, в каком смысле последний, просто кивнула. Четыре бокала подействовали на меня, наверно, как две бутылки. На голодный желудок и перепад эмоций. Все вокруг крутилось и куда-то проваливалось. В ушах звенело.

- О-о-о, - протянул Малиновский, - этот ежик нанюхался пивных пробок. Пора спатеньки.

Он щелкнул пальцами, и к нам подошел один из охранников.

- Девушку сейчас отвезешь домой. Таврическая, тридцать пять. Доведешь до квартиры. Вернешься сюда.

Тот посмотрел на меня с брезгливой гримасой, но подхватил под руку, когда я встала и качнулась. Вывел на улицу, прислонил к стене, подогнал черный Мерс и загрузил меня на заднее сиденье. Всю дорогу я думала только о том, как бы не вывернуло. Но оказалось, что все это ерунда.

Припарковавшись у подворотни, охранник втащил меня во двор. Я как раз пыталась достать из сумки ключи, когда в арку въехал… ну да, разумеется, белый Лексус.

Мгновенно оценив ситуацию, Гена подошел, оттеснил парня и отобрал у меня ключи.

- Спасибо за доставку, молодой человек, - сказал спокойно, открывая дверь. –  Этоя у вас забираю.

Процесс подъема куда-то выпал. Втолкнув меня в квартиру, Гена включил свет, огляделся и потащил недвижимость в спальню. Сгрузил на кровать и остановился рядом, словно прикидывая, что со мной делать дальше.