Книга Красавица и свекровище, страница 7 – Евгения Серпента

— Почти через двадцать один. Год.

— И тебе не кажется это странным?

— А почему это должно казаться странным? Мы фактически начали с нуля.

— Ничего себе нолик! — хмыкнула Ленка. — Резво ты Никиту со счетов списала.

— Глупости не говори! — рассердилась я. — Никуда никого не списала. Наоборот. Никита — это база. Ну а если бы его не было? Встретились через двадцать лет, вспомнили, как зажигали когда-то. Это было бы нормально?

— Честно? Не очень. Ну да ладно, неважно. И ты согласилась?

— Да. А почему бы и нет? Сын вырос, женился. Я сама себе хозяйка. Ты-то вот замужем побывала, а я нет. Хоть узнаю, как там люди живут. Замужем.

— Ничего там хорошего нет, Ира, — брюзгливо и немного брезгливо заявила Ленка. — Не помню, кто сказал, что брак — это как осажденная крепость. Кто снаружи, хочет туда попасть. А кто внутри — из нее выбраться. А Коко Шанель говорила, что это обмен дурным настроением днем и дурными запахами ночью.

— Это Мопассан[3]говорил, — поправила я.

— Неважно. Значит, повторила. Факт, что это правда.

Ленка сходила замуж на три года и больше, как она говорила, ее туда палкой не загонят. Что до меня…

Все девочки хотят замуж. Даже если говорят, что нет. Но с возрастом или приобретя неудачный опыт, некоторые начинает в этом сомневаться. У меня неудачного опыта не было, однако пытаться приобрести его в сорок лет было уже как-то… страшновато.

Да и надо ли? Все хорошо вовремя. В молодости психика гибкая, приспособиться к совместной жизни с другим человеком легче. В сорок — получится ли, не ломая себя об колено? Можно ведь просто встречаться, общаться, заниматься сексом.

И тем не менее, я согласилась. Возможно, на эмоциях, потому что Змей выбрал такой момент, когда я была беззащитна и уязвима, как черепаха без панциря.

Ленка, кажется, собиралась прочитать мне целую лекцию на предмет ненужности и потенциальной опасности брака,но ее позвали на какие-то процедуры, и она распрощалась. Оставив меня в растрепанных чувствах — и еще больших сомнениях.

Чтобы отвлечься, я открыла ноутбук и занялась рабочими документами, но голова отказывалась анализировать информацию. Вместо этого она так и норовила отмотать пленку на двадцать с лишним лет назад, в тот бурное лето, разделившее мою жизнь на две равные части. Лето, когда легкое и беззаботное существование попрыгуньи-стрекозы кануло в лету. Стрекоза превратилась в мать-одиночку, единственным утешением которой было то, что некоторым или даже многим в подобной ситуации гораздо хуже.

Хотя нет, так я утешала себя ровно до того момента, когда Кит появился на свет. Как бы тяжело мне ни было, как ни грызла я себя за глупость и легкомыслие, но сын стал самой большой моей радостью. Самым родным и близким существом — если не считать отца. И отношения у нас были вполне доверительные.

Но теперь все изменилось…

Людмила

— Ник, принеси манго, — прошу не открывая глаз.

— А волшебное слово?

— Пожа-а-алуста!

Вообще-то, я беременна, мне положены капризы. И без всяких там волшебных слов. Не говоря уже о том, что у нас медовый месяц. К счастью, токсикоз пока обходит меня стороной. Надеюсь, где-то там в стороне и останется. По утрам немного мутит, хочется спать весь день — и это все.

Мама кудахтала, что, может, не стоит в моем положении лететь самолетом так далеко, да еще в тропический климат, но врачиха в клинике сказала, что угрозы нет, просто надо быть осторожнее. И страховку купить расширенную. На всякий случай.