Книга Сопротивление, страница 54 – Нонна Монро

– Клянусь Богом, Броуди, я сброшу тебя в реку.

– Сбрасывай. Но когда я выберусь на берег, то продолжу напоминать тебе об этом. Ты был ребенком. Обычным. Ребенком. Не испорченным. Не бракованным. Обычным. Ребенком.

Рычание вырвалось из моего горла, и я ринулся к нему, чтобы исполнить свою угрозу. Но Броуди оказался быстрее: одна рука легла на плечо, вторая – обхватила шею.

– Слушай меня внимательно, – начал он низким голосом, смотря прямо в глаза, – с тобой все нормально. Ты нормальный. И ты не должен отмаливать грехи, которые не совершал. Прекрати себе вредить. Прекрати себянаказывать.

– Расскажи мне о себе, – прохрипел я, – расскажи мне о Джейкобе.

Броуди склонил голову, разжал пальцы и снова прислонился к мотоциклу. Я видел напряжение в его теле, видел, как проступили вены на шее, а острые скулы прорезали лицо.

– Мне было 7 лет, когда отец привел меня в незнакомый дом, передал какому-то мужчине и ушел. Позже я узнал, что даже квартира, в которой мы жили, не смогла покрыть его карточный долг. Мать сбежала, когда поняла, что она следующая в его списке дерьма.

– Куда он привел тебя?

– Не делай вид, что не интересовался моим досье.

– На кой черт мне интересоваться твоим досье? – Бесстрастно спросил я. – Я был против того, чтобы вы присоединялись к нам. Алекс совершила ошибку. Она же должна была ее исправить.

– Почему она оставила Рэя в живых?

– Понятие не имею. Спроси у нее. Куда привел тебя отец?

– Это место называли игорным домом, которое включало в себя подпольное казино, бордель и торговлю запрещенными веществами. Чтобы отработать отцовский долг, я должен был выполнять указания Джейкоба. Приносить напитки, мыть посуду, готовить комнаты, стирать белье.

Я слышал недосказанность. Я ждал, когда он даст мне больше, чем то, что лежало на поверхности.

– Но Джейкоб считал, что эта работа в счет того, что я живу на его территории и ем еду, которую он покупает. Поэтому решил, что мне нужно расплачиваться кое-чем другим.

Тяжесть его слов опустилась на мои плечи и едва не раздавила. Пускай в его голосе и звенела боль, он выглядел так, будто давно отпустил прошлое.

– Почему ты не сломался? – Не выдержал я.

– Я сломался, когда попал в «Плазу». Когда понял, что мои предпочтения отличаются. Когда понял, как другие относятся к этому.

– Почему ты не сломался? – В горле першило, будто кто-то натер его наждачной бумагой. Каждый дюйм кожи горел. Огонь, разрастающийся под ней, рвался на свободу.

– Рядом со мной были те, кто поддержал. Джиджи. Рэй. Грегор. Они вбили в голову, что проблема не во мне, а в чужих взглядах, принципах и убеждениях. Что они любят меня таким, какой я есть.

Я провел рукой по лицу, чувствуя, как с трудом удерживаю себя в руках. Ярость погасла так же быстро, как и вспыхнула. Она оставила после себя опустошение, которое разрывало изнутри. Пожирало. Уничтожало.

Ноги сами повели меня к мотоциклу. Мне нужен был адреналин, ощущениесвободы, ветер, царапающий кожу. Что-то, что заставит сердце биться быстрее.

Что-то, что могло приблизить к смерти.

– Почему ты причиняешь себе боль?

– Потому что не могу иначе! – Выкрикнул я, взъерошивая волосы. Меня трясло так сильно, что руки пришлось сжать в кулаки. – Потому что я не заслужил всего этого! Я испорченный. Я ничтожество. Я тот, кто должен умереть.