Книга Муж напрокат, страница 7 – Алексей Николаевич Загуляев

– Хорошо.

– А я пока к Настьке сбегаю. Чай-то у нас кончился. В магаз не пойду, на улице тает, слякотища такая, ужас.

– Давай.

И Маша, так и не закончив с тарелками, сорвалась с места и убежала к соседке, которая жила напротив, на одной с ними лестничной площадке.

Вообще, Настя заселилась в их дом года четыре назад. Тогда ещё Павел мог выбираться со своей коляской на улицу и часто встречал её в подъезде. Она была с ним приветлива, улыбалась, здороваясь, но при этом как-то странно всегда смотрела, словно хотела сказать что-то очень важное, о чём Павел непременно должен узнать. На вид ей было лет двадцать пять или чуть больше. Она была тонка, изящна, но изящество своё скрывала под нелепой одежной, всегда несколькооверсайз, и под большими, с толстыми стёклами, очками, в которых глаза её казались неестественно огромными. И цвет их Павел никогда не мог точно определить: когда-то они виделись ему голубыми, когда-то серыми, но чаще всего тёмно-карими. Наверное, как-то зависело это от времени суток или от освещения. Загадочные, в общем, глаза.

А Маша, напротив, очень долго не замечала её соседства. И только когда Павел стал часто заводить о Насте разговор, она заинтересовалась девушкой, больше, наверное, из женского любопытства; а последние три месяца вдруг зачастила к ней по вечерам и по выходным в гости. Отчасти, то, что Маша через раз уже готовила ужин, было связано именно с этими её походами. О чём эти совершенно разные, как представлялось Павлу, женщины могли говорить друг с другом, было для него ещё одной неразрешимой загадкой.

Павел набрал Сергея.

– Да, Паш, – трубку тот взял сразу. – Уже соскучился?

– Привет ещё раз. Тут у меня вопрос к тебе один назрел.

– Так.

– Как бы ты отнёсся к тому, чтобы поехать в свой Сус не в одиночестве, а на пару с одной знакомой красоткой?

– Не совсем понял. С твоей знакомой?

– И с моей, и с твоей.

– Паш, ты давай поконкретней. Что-то я плохо соображаю.

– Помнишь, я говорил утром, что у Машки сезонная хандра началась?

– Помню.

– Она всё меня дёргает, чтобы я с ней на море поехал. Но какой из меня ездок? Сам понимаешь. Оно, может, конечно, и не так всё сложно, как мне представляется. Но не хочу я создавать никакой суеты лишней ни для неё, ни для себя. На море надо отрываться по полной, а не убирать чужие горшки.

– Всё. Понял тебя теперь, – сообразил Сергей. – Хочешь сделать из нас пару?

– Серёг, – усмехнулся Павел, – только на десять дней. Я в тебя верю. Ну что скажешь?

– Хм, – Сергей задумался. – А Машка всё ещё в том агентстве работает?

– Да.

– Я, Паш, буду даже рад, если она скрасит моё одиночество. Это не вопрос. Но ты подумай, может, всё-таки втроём, если уж пошли такие расклады? Я думаю, втроём вообще никаких проблем быть не должно. Все решим на раз-два.

– Нет-нет, Паш. Даже не предлагай. Мне, к тому же, в начале декабря на обследование повторное ехать. Отложить никак нельзя. И писанина моя подвисла. Надо навёрстывать упущенное.

– Ладно, дружище. Решим. Я завтра к Машке тогда прямо на работу забегу, посмотрим с ней, какие есть вариантыпо путёвкам.

– Да. Забеги. Она подберёт оптимальные. Спасибо тебе, Серёг, что не отказал. Вот она рада-то будет. Ладно. Пока. Услышимся.

– Пока.

Павел вернулся на кухню, убрал успевший остыть на тарелках ужин обратно в сковороду и закурил. Маша терпеть не могла этой его привычки и не переносила запах сигаретного дыма. Обычно он старался курить в приоткрытое окно и только тогда, когда супруга уходила на работу или же ложилась спать. Но сейчас он не смог удержаться. С одной стороны, он был рад, что Машиной хандре отыскалось лекарство, а с другой… С другой заскреблись на душе кошки. Что-то во всём этом было неправильным. Он не мог точно уловить, что именно. Но оно было. Неужели это ревность? Или зависть? Или какие-то мазохистические нотки в его поступке? Да нет. Сергею он доверял. В Маше тоже никогда раньше сомневаться не приходилось. А когда последний раз они вообще признавались друг другу в любви? Он не помнил. Хоть физические возможности его были и ограниченны, по части секса он, пожалуй, не намного уступал здоровым. После семи лет супружеской жизни любые пары в постели не были столь пылки, как в начале своих отношений. По крайней мере, он знал об этом из учебников психологии и из общения на всевозможных форумах, где мужики жалуются на угасающие страсти после нескольких лет совместной жизни. Но кто знает – может быть, Маше требуется что-то большее, чем он может ей дать в этом смысле? Сам-то он ущербным себя никогда не чувствовал. И даже несмотря на то, что на последнем обследовании у него обнаружили на позвоночнике опухоль, он не впал в депрессию и ни на секунду не сделался пессимистом. Павел решил для себя, что всё будет нормально. И даже временами чувствовал, вопреки всему, что к спине его возвращается понемногу сила. Неделю назад он смог пошевелить пальцем левой ступни. Маше он об этом не рассказал. Рано обнадёживать. Может быть, это был всего лишь какой-нибудь непроизвольный спазм. Нужно ещё подождать. И результаты предстоящего обследования должны пролить больше света на происходящие в его организме процессы.