Книга Жених, его отец и Вика, страница 31 – Руби Райт

— В гости звал, — отвечает обычно, но злость на лице выделяется. Костя совсем не умеет сдерживать свои эмоции, это у них тоже с Романом Эдуардовичем не общее.

Костя, когда злится, сразу краснеет. Прям мгновенно. А когда рад или счастлив, не может сдержать улыбку или хихиканье. Даже когда мы смотрели глупую комедию с каким-то мимимишным финалом, он так искренне улыбался. Это меня всегда в нем привлекало: его доброта.

— Мы поедем?

— Да, почемунет? — удивился муж моему вопросу.

— Не знаю, я думала, вы поругались.

— С отцом не выгодно ругаться. На что жить будем? — усмехается и делает глоток только что сваренного кофе. А я не понимаю его слова. Да, его родители нам помогают, но мы же взрослые.

Не будем же мы всю жизнь жить за их счет?

— Ты можешь работу найти. И я тоже.

— Это да, но таких денег, как платил мне отец, никто не заплатит. А на обычную зарплату мы не протянем.

— Все живут на обычную зарплату. И мы проживем.

— Это ты сейчас так говоришь. А потом мерс твой сломается, и все, капец. Знаешь, сколько бабок стоит его содержать? А чинить вообще космос.

— Мы справимся, я уверена. — Так и выплескивался из меня фонтан оптимизма.

— Ты ж моя уверенная. Ладно. Разберемся по ходу дела. Буду сегодня мириться с отцом.

— Мириться вам надо в любом случае. Он твой отец, любит тебя. Несмотря ни на что.

— Все, харэ. Давай о чем-нибудь приятном поговорим.

— Например?

— Когда твои месячные закончатся? Мужик секса хочет. — Хлопнул по столу мой мужчина, изобразив из себя господина. Мы рассмеялись.

— О как? Вспомнил кто-то о жене.

— Я всегда помню о своей девочке.

— На днях закончатся. Но помнится, кто-то говорил о других вариантах, — заигрываю.

— Массаж?

— М-м-м, легко.

— Только разденься, я хочу твои сладкие тити трогать.

— Нахал!

— Еще какой.

***

Около шести вечера мы приехали в ненавистный мне загородный дом. Охрана открыла нам ворота, и мы проехали внутрь. Дом шикарный. Большой, с дизайнерским оформлением. Само здание было выполнено в каком-то там стиле, который выговорить может только Лидия Михайловна. Для меня это — просто серый дом. Высокая крыша, повсюду дорожки отделаны камнем и куча всевозможных растений. Попадаешь будто в ботанический сад. Деревья, кустарники. Все в идеальном состоянии. Коротко подстрижен газон. Ни одного лишнего листика не лежит на земле. Бедный садовник. Лидия Борисовна его явно изводит своим педантичным подходом к жизни.

Слева, у забора, располагался маленький домик охраны. Чуть позади — еще одна постройка. Там находилась сауна с большим бассейном. Ну и основной дом. Классное когда-то было место. Я помню, как я впервые сюда приехала. Как меня привлекло это жилище, как я восхищалась его размерами, как мне нравилось тут находиться. Но теперь, приезжая сюда, я больше не любуюсь егоархитектурой и фасадом. Я вспоминаю то, что произошло в той спальне на втором этаже. И меня это убивает.

Костик взял меня за руку, и мы пошли к дому. Навстречу выбежала Лидия Борисовна и кинулась Костику на шею. Я, как обычно, закатила глаза. Она неадекватная. Ведет себя так, будто не видела его многие годы. Дурдом какой-то. Мне не хотелось быть свидетелем этой странной любви. Я взяла наши рюкзаки и пошла внутрь. Поднялась на второй этаж, в нашу спальню, и поставила сумки у комода. Посмотрела на постель. Залипла на секунду и пулей вылетела из комнаты. Так быстро‚ что врезалась во что-то.