Книга В постели сводного брата, страница 70 – Саша Найт

Лифт тормозит на сорок пятом, спасая меня от очередного неловкого момента близости со сводным. Искренне благодарю троих девушек, вошедших в кабину. Марк отстраняется, вставая рядом. Шепчет на ухо:

– Только не перегибай. Я жду незабываемое шоу. Удиви меня в очередной раз, А-ри-ша.

Арина.

Мягкая, приятная музыка, наполняет небольшую кофейню на Воробьёвых горах, рождая чувство гармонии с внутренним миром и дымящимся стаканчиком с латте «Пряная тыква», который я забираю со стойки баристы. Для меня это настоящая идиллия – взять осенний напиток, когда на улице зелёный наряд на деревьях уже почти сменился на разноцветный: красный, жёлтый, оранжевый. И пойти гулять, особенно если погода вновь тёплая, а солнышко снова пригревает, как сегодня.

К сожалению, моя внутренняя медитация длится недолго и прекращается под недовольным взглядом Марка, который забирает свой цитрусовый раф.

Сегодня у нас было всего две пары и после них мне удалось затащить Коршунова на Воробьёвы. Люблю тут бывать только осенью. Спуститься именно после моста, где метро, на Андреевскую набережную и медленно прогуливаться в сторону Нескучного сада. Часто и Бусинку с собой беру. Ей нравится гулять в новых местах.

– Был уверен, что мы поедем куда-то в Музеон, – изрекает сводный, открывая для меня дверь кофейни и выпуская на улицу.

– Не люблю Музеон и Парк Горького. Там красиво, но слишком людно. А тут часто тихо. Как минимум тише, чем со стороны канатной дороги, – улыбаюсь я, двигаясь в сторону Москвы-реки. – А зимой я бы тебя повезла в Сокольники. Весной – в Коломенское. Когда зацветают яблони. А летом… Летом везде здорово. Даже просто гулять на рассвете по центру или провожать закат у нашего озера.

– Все эти прогулки. Всё ещё не понимаю в них смысла. У тебя за воротами дома тоже парк. Какая разница, где бесцельно бродить? Скукота.

– Идём, – сама хватаю его за ладонь и веду к реке. – Посмотри, какая красота вокруг! – выпускаю руку Марка и обвожу своей вокруг, останавливаясь на разноцветных деревьях.

Он не сопротивляется, даже когда я тащу его вдоль по набережной. Но всё ещё хмур и восторгов от прогулки не выражает. Пытаюсь разговорить:

– Пока жила в Италии, отвыкла от кофе в стаканчиках. Редко, где можно найти навынос. Итальянцы любят даже крошечную чашку эспрессо выпивать красиво, стоя у барной стойки, с уважением к напитку. И конечно, поболтать с барменом и соседями. Особенно в небольших городках, – улыбаюсь приятным воспоминаниям о кофейнях, где всегда слышна итальянская речь. – Они могут пить кофе целый день, представляешь! Я обожала эти моменты. А тебе что нравилосьв Америке?

– Гонки и вечеринки.

Снова немногословен. Откроется ли он мне вообще?

Мимо проезжает парочка на электронном самокате. Вдали пушистый шпиц облаивает крупную хаски. Сзади нас, в коляске, хнычет младенец и мамочка сразу спешит его взять на ручки. А Коршунов лишь сильнее хмурится. Не выдерживаю, резко останавливаясь и поворачиваясь к нему:

– Прошу тебя! Просто расслабься. Сделай глоток кофе и закрой глаза. Глубоко вдохни и отпусти всё, что тебя раздражает. Мы, конечно, не в лесопарке, к сожалению, где можно послушать звуки леса. Туда бы ты со мной точно отказался ехать. Но и тут природа волшебна!

На удивление, сводный делает так, как я говорю. Зачёсывает назад свои растрепавшиеся от быстрого шага волосы назад, смахивая со лба. Отпивает чуть-чуть кофе. Берёт меня за руку, впервые переплетая наши пальцы, и закрывает глаза, подставляя лицо солнцу. А я стою, боясь пошевелиться, ощущая тепло его ладони и желая продлить этот контакт как можно дольше.