Книга Чужой муж, чужая жена, страница 29 – Саша Найт

— Скоро, зайка. После полдника. Мы сейчас с тобой пообедаем, потом позанимаемся немного, поспишь и пойдёшь гулять, договорились?

— Чул мне сосиски в тесте!

— Нет, милая. Сосиски в тесте были позавчера. Сегодня у тебя супчик и тефтели. Выбирай, с макаронами или гречкой?

— Ну, ма! Не хочу тефтели! Хочу сосиски! — топает ногой Евушка. Начинается.

— Съешь тефтели и дам тебе «Агушу», — торгуюсь с дочкой, зная, что за свой любимый питьевой йогурт с яблоком она и на кашу согласится.

Так и происходит. Хорошо, что «Агуша» полезная, и дочка торгуется за неё, а не за какие-нибудь чипсы. А учитывая её характер, нас может ждать сущий кошмар, когда она распробует в школе с друзьями всё то, что я никогда не покупала ей дома.

И вот, разогреваю вчерашний куриный бульон, варю макароны, кормлю Еву и обедаю сама. Потом сажусь заниматься с ней по развивающему учебнику для дошкольников. Затем укладываю малышку на тихий час, а сама иду тихонько прибирать в квартире.

Ежедневная рутина, повторяемая каждый день: собрать разбросанные игрушки по всем комнатам, сложить в большую плетёную корзинку в детской, проклиная тех, кто изобрёл «Лего», на детальки которого я вечно наступаю, а потом болят ступни. После собрать вещи в корзину для белья, чтобы запустить стирку, когда проснётся Ева. Тихо помыть посуду и протереть столешницу с плитой и раковину, после готовки. Пройтись влажной тряпкой по всем поверхностям, не дай боже пыль где-то останется, у Егора аллергия и криков будет на весь вечер. Разбудить дочку и накормить полдником. Поиграть с ней в игру, развивающую моторику. Снова помыть посуду. Постирать, развесить вещи. Пропылесосить и помыть полы. Погладить вещи, которые постираны вчера. Помыть сантехнику и краны в ванной, протереть зеркала.

И вот, за окном уже темно, мужа всё ещё нет, а так и не присела за день. Надо ещё кухонный фартук помыть.А завтра холодильник, и ещё морозилку разобрать. Но завтра проще, дочку отвезу к Багрянцевым на выходные и никто не будет отвлекать меня каждые десять минут.

Наконец-то заявляется Егор. Нехотя и, бурча себе под нос, соглашается выполнить обещание отвести дочурку на горку. Ворчит, что думал, что я уже сама сходила, всё равно ведь ничего не делаю целыми днями.

Оборачиваюсь к нему и обвожу взглядом. Смотрю на всё ещё красивые черты лица. Дорогую одежду. Цепляюсь за подаренные его мамой на Новый год запонки, которые он сегодня надел. Они сильно выбиваются из образа и совсем не подходят к костюму. Правда, у меня всегда был неплохой вкус на мужчин.

— На полке они смотрелись бы лучше, — зачем-то говорю я, кивая на рукав его пиджака.

Как и наш с ним брак. Есть вещи, которые лучше всего смотрятся где-то на полке в шкафу, забытыми и оставленными. Есть, которые отлично выглядят на витрине или в воображении, но с реальностью сочетаются плохо. Как наши с ним отношения много лет назад, когда я думала, что смогу любить мужа ради ребёнка. А он будет всегда носить меня на руках.

Оказалось, что есть мосты, через которые не стоит переходить. Раньше я не знала. Но теперь знаю.

— Это подарок мамы! — недовольно изрекает Егор. — Ты лучше не за запонками следи, а ужин грей, Оксана! И соус к долме сделай. Могла бы сама на горку сходить, а не меня после работы заставлять мёрзнуть, — снова ворчит он. — И собери Еву к маме с папой! Они её в оперу отведут.