Книга Измена. Твоя красивая ложь, страница 23 – Саша Найт

Нахмурившись, девушка задумывается. Уточняет состав. Её серо-голубые глаза поначалу округляются от удивления, но потом она вдруг резво, на радость бармену, соглашается:

— А давай его.

Я помню её с тренинга афериста-психолога.

— Мадам, не собла… собл… соблаговолите ли ощутить на себе кивнт… винт… квинтэссенцию моих амурных обольщений?

Поворачиваюсь в сторону этого великого соблазнителя. Когда он уже сопьётся и уйдёт спать в сугроб? Мужичонка чешет лысину, похотливо облизывается и осматривает девушку в сером вязаном платье, которая только что присела на высокий стул рядом с блондинкой в красном свитере.

— Я сейчас врежу тебе прямо по квинтэссенции. И по обольщениям! — мрачно изрекает она, выразительно покачивая металлическим носком чёрного берца. — Эй, бармен! Водки мне, пожалуйста.

— Девушка, ну какая же водка в такой-то вечер? «Дракон Вована» лучше водки! Водка горькая, а «Дракон Вована» слаще любого леденца, зеленее альпийских гор и сногсшибательнее, чем поцелуй любимого, мамой клянусь! Попробуй «Дракон Вована», не пожалеешь!

— Чем крепче — тем лучше! Наливай. Прям чтобы память отшибло!

— Почему Валя — румяный засранец? — вырывается у меня, когда я вспоминаю смешные названия коктейлей.

— О! Потому что Валентин Щелканов ганд… Гад он в общем! — ворчит бармен.

— А кто он такой? — спрашивает шатенка в белом брючном костюме, севшая по другую сторону от меня.

— Владелец наш. Паразит эдакий! Премию всем срезал, а себе тачилу новую купил! Тьфу на него! — обиженно восклицает Владимир, ударяя кулакомпо стойке.

Девушка с тренинга тут же вздрагивает и спрашивает:

— А как он выглядит?

Я кидаю на неё удивлённый взгляд, как и остальные собравшиеся. Она смущается, пожимает плечами и, опустив взгляд на свой напиток, отпивает коктейль.

— Как холёный… паразит! — гневно начинает Владимир, но его тут же перебивает уже знакомая мне аниматор Ульяна, севшая через двоих от меня:

— Павлин! Такой весь из себя плейбой, волосы гелем укладывает, в качалочку два раза в неделю, — она манерно ведёт плечами, изображая томный взгляд. — Ходит, хвост пушит. Но, как завещала Раневская: под любым павлиньим хвостом скрывается обычная куриная…

— Жопа! — заканчивает за неё бармен. — А после того, как Ульянка его в солярии закрыла — румяная жопа.

— О! — вскрикивает девушка с тренинга, поддаётся вперёд и, расплывшись в пьяной улыбке, обводит рукой нашу пятёрку. — А давай нам Валю. Всем!

— Это я сейчас! Это я мигом! — радостно объявляет бармен.

В этот раз уже пристально слежу за тем, что наливает этот активист-затейник в бокалы. В меню, конечно же, коктейля с таким названием нет. Ещё бы! Различаю клюквенную водку, бутылку с сиропом, на котором нарисованы барбариски, красный вермут, вишнёвый бренди, который мне хорошо знаком, и, кажется, херес. Перед нами на стойке появляются пять бокалов с коктейлями красного цвета. Внутри крупные кубики льда и ягодки чёрной смородины.

— Всё для вас, красавицы! — миндальничает Владимир, по всей видимости, сгорающий от радости из-за такого наплыва клиентов.

Пробую напиток. А вкусно! Коктейль освежающе-кисловатый, со сладковатым послевкусием барбарисок. Чувствую, что наконец-то близка к достижению своей цели — напиться.

— Бутылку вина. Нет. Две. Не… одну, — звучит за спиной голос, и, обернувшись, я вижу знакомую мне Еву, которая недавно утащила Адама в номер.