Книга Искупление страстью, страница 82 – Джулия Вольмут

– Сессия. Сейчас.

– Да, Учитель, – незамедлительно последовал ответ.

Запах дорогой кожи, латекса и порочных тайн наполнил легкие. Я приехал в комнату, оборудованную под мои – и Джона – нужды. Мы сделали звукоизоляцию, купили необходимую мебель, привезли любимые игрушки. Тут все вернулось на свои места. Призраки прошлого замолкали во время сессий: я был сосредоточен на настоящем, отвечал за чужую безопасность и удовольствие, а сам мог обрести контроль.

По периметру комнаты горели настенные лампы в черных абажурах. Они хорошо сочетались с бордовыми стенами и паркетом из темного дерева.

– Заходи, – кивнул Сабе – мы не знали имен друг друга, но имена и не требовались. Ее покорность и профессионализм намного важнее. – Прошу прощения, что выдернул среди ночи. Я оплачу по двойному тарифу.

– Все в порядке, Учитель.

Она прикрыла рот ладошкой и склонила голову так, что ее светлые волосы в стрижке каре закрыли миловидное лицо. Очевидно, она боялась меня: Сабмиссиву нельзя разговаривать, пока Доминант не разрешит. Но многое из мира БДСМ казалось мне излишним пафосом.

Щелкнув пальцами, я привлек внимание Сабы и указал ей на кушетку.

Разделась. Молочная кожа, округлые бедра. Ей примерно двадцать пять, она опытна, но не испорчена опасными практиками – то что нужно.

– Приступим, – сказал я, и Нижняя вытянула руки вперед.

Внутри меня клокотало предвкушение. Каждый раз, будто впервые, я изумлялся Теме: на пару часов я становился Доминантом – единственным, кому Саба принадлежала, доверяла, за кем пошла бы в огонь. Я мог делать с ней что угодно – в рамках оговоренных табу, – и Саба меня благодарила.

Из коробки я достал ножницы и толстую плетеную веревку. Натуральный, обработанный джут идеально подходил для моего любимого направления БДСМ – шибари. Японское искусство связывания. Я лишал Сабу возможности двигаться и сопротивляться, но не причинял боли. При правильном связывании она не испытывала даже легкого дискомфорта.

Переместившись на ковер, я поманил Сабу и, когда она села напротив, приступил к делу. Начал с рук, сделал пару узлов, перешел на грудь. Мне нравилось единение, что устанавливалось между нами на время сессии. Будто нас соединяла невидимая нить. Готов поклясться, наши сердца стучали в унисон. На миг я закрыл глаза. Следовало вызвать сегодня Шерил, у нее волосы с оттенком как у Астрид.

Я подумал о своей студентке, методично оплетая веревками Нижнюю. Находясь в своеобразной медитации, я впервые за долгое время не сумел полностью очистить разум. Я думал, что хотел бы показать Астрид свой мир во всех его проявлениях. Что бы ни случилось с ней в реальной жизни, во время шибари она будет в безопасности. По словам моих Саб, именно это чувство дарит связывание. Парадоксально, но, обездвиженные и уязвленные, девушки освобождались от внутренних оков.

Последний узел закончен, а каждая веревка имела равную степень натяжения. Я встал, чтобы полюбоваться работой. Идеально. Ладони приятно ныли от джута – завтра на коже проступят мозоли. Я наклонился и проверил, чтобы узлы были прочными, но не сдавливали суставы и нервные окончания. Два пальца свободно проходили между телом и веревкой в местах запястий и лодыжек. Я мог бы связать ее с закрытыми глазами, но всегда перепроверял работу и никогда не спешил. Это не бандаж для того, чтобы жестко изнасиловать Нижнюю после. Она – мой холст. Веревки – мои кисти.