Книга Лепестки Белладонны, страница 101 – Джулия Вольмут

– Он талантливый музыкант, – дернул плечами Джек. Щелкнул сигнал, дверцы лифта открылись. Когда Джек вышел в коридор, то добавил: – Хансу не помешало бы дружеское плечо.

– Ты ему плечо и подставь, – проворчала Мира, следом шагнув из лифта. – Я не обязана общаться с ним! Дуэт, совместные фото, упоминания на интервью – ладно, такова работа. Но камер нет, и я Выскочку не замечаю. Он скучный, самонадеянный и… нервирует меня! Есть такие люди, о существовании которых я предпочла бы не знать! – в памяти всплыл образ Элизабет Льюис. – Идеальные, как гребаные манекены на витрине.

Джек остановился, обернулся, уставился на собеседницу. В зеленых глазах сверкнуло удивление. Черт… Мира прикусила язык: было в ее тоне что-то больше, чем обида на смазливого музыканта. Что-то… личное.

– Ты ревнуешь? – прямо спросил Джек.

– Что?! – Она почувствовала зуд кожи, а значит, щеки покрылись красными пятнами. – С какой стати? – голос перешел на фальцет.

«О нет, он понял: я имела в виду Элизабет! Он все понял!»

– Думаешь, Франк забудет о тебе из-за Ханса? – по-отечески мягко уточнил Льюис. Они стояли на расстоянии вытянутой руки, и Мире казалось, что еще секунда, и Джек обнимет ее или погладит по макушке.

– Вот ты о чем. – Мира выдохнула, не сразу сообразив, что говорят они о Хансе и менеджере, а не о Джеке и Элизабет. – Нет, этого я не боюсь.

Пульс выровнялся, кожа перестала зудеть, в походку вернулась уверенность. До выхода Мира шла ровно, ругая себя за эмоциональность.

– Ну-ну. – Льюис улыбнулся. Хитринка в прищуренных глазахкрасноречивее слов: Джек ей не поверил. – До вечера? – помахал ключами от машины (наверняка взял напрокат) и толкнул стеклянную дверь.

Эльмира кивнула, наблюдая, как Джек дошел до автомобиля и снял сигнализацию с белой «Ауди». Снежинки танцевали на его темных волосах, холодный ветер теребил ворот рубашки. Ах, Джек!.. Мире хотелось выбежать следом, накинуть на плечи Льюиса куртку и крепко прижаться. Вдохнуть его аромат – мятный гель для душа, одеколон с пряностями, – а когда Джек обернется, дотронуться до его губ. Главное, чтобы он был рад ее поступку. Чтобы с нежностью ответил на поцелуй и прошептал со свойственной ему заботой: «Где твоя куртка, дурочка?» Мире так сильно хотелось совершить безумный поступок, что от бездействия ломило тело.

Она распахнула дверь, впуская зиму. Разгоряченные щеки обдало прохладой, плечи покрылись мурашками, колючие снежинки осели на ладонях. Дыхание причиняло боль в легких. И все же она осталась безучастно наблюдать, как Джек садится в машину, заводит двигатель, едет прочь. Сильнее теплой куртки Миру грела мысль о предстоящем вечере.

– Может быть, сходим вечером в кино?

Мира удивленно покосилась на Джека, словно он предложил ей слетать на Луну. Ничего не ответила, кивнула. Сначала неуверенно, потом четче. Улыбнулась. Отлично, план по завоеванию Джека Льюиса действует.

Эльмира долго выбирала, что надеть в кинотеатр (на свидание!). Крутилась у зеркала, бегала по номеру, бросала на кровать одежду и аксессуары. В итоге остановилась на бордовом платье, ботильонах, тонких колготках в сеточку и белой полушубке из искусственного меха. Джек потеряет дар речи! Осталось что-то сделать с волосами. Мира недовольно взъерошила каре – на выборе наряда ее фантазия закончилась. Недолго думая, она позвонила ассистентке.