Онлайн книга «Лепестки Белладонны»
|
Стук в дверь. Пошатываясь от выпитого вина, Мира направилась открывать. На пороге стоял Джек. Он серьезно посмотрел на нее и сказал: – Могу я войти? – Конечно. – Она сделала приглашающий жест рукой и усмехнулась. А внутри все кипело от невысказанных, неясных ей самой чувств. – Я хотел попрощаться. Завтра после обеда у меня самолет. – Джек вздохнул. Нервно пощелкал пальцами. – Ты можешь поговорить со мной, Эльмира. Если тебя… если что-то беспокоит. Если нужна помощь… Он осекся, наверняка заметив, что Мира прошла в спальню, взяла с тумбочки любимый ножик: Tristeблестел в свете настольной лампы. Джек выжидающе смотрел, как Мира сжимала и разжимала ладонь. Бровь Льюиса дернулась в немом вопросе. Поговорить! Как у него все чертовски просто! И она поняла, что ненавидит его – вот точное и яркое чувство. Ненавидит за то, что в его жизни не нашлось для нее места. Она с вызовом спросила: – Мечтаешь убраться отсюда? – Мира… – Вали. Пошел на хер. – Мира, между нами никогда иничего не могло быть. Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Кто такой Тристан? Где он? Давай найдем его. Его слова резанули с острой болью: с такой же болью она обрезала большой палец, неудачно схватив Tristeза лезвие. Шикнув, поднесла руку к губам и облизала подушечку пальца. Металлический вкус крови еще сильнее распалил ту злость, что таилась в глубине сердца. Он так и не стал ее. Джек, как и Тристан, как и Ханс, как и все-все-все, хочет скорее от нее избавиться. – Ты ничтожество, Джек Льюис. Он открыл рот, чтобы ответить, но Мира взмахнула ладонью, призывая его замолчать. О нет, она не остановится. Не в силах остановиться. – Благодаря мне тебя вспомнили. Ты не сделал ни-че-го для своей карьеры за последние годы, а я… я внесла краски в твое существование. Ты неудачник, и я проклинаю день, когда увидела твой бой по телевизору, когда узнала о тебе! – Воздух заканчивался, но не все было высказано. Злость, пожирающая душу Миры долгие годы, выбралась наружу, нашла выход в обидных словах, в несправедливых обвинениях. – Почему мое сердце не слушает разум? Я не нужна тебе. Не нужна. Почему мне так сильно хочется быть тебенужной? Почему ты? Почему?! Руки Джека сомкнулись на ее плечах. Крепкие объятия. Аромат мыла, чистоты, защиты. И его грудная клетка, будто скала. На мгновение Мира затихла, до боли прикусив нижнюю губу. Глаза защипало от слез. Но бессилие вновь превратились в агрессию: – Отпусти меня, Джек Льюис! Я не хочу тебя любить! Я не могу больше! Отпусти! – Она не знала, что имела в виду, чтобы он отпустил ее физически или ушел из мыслей. Но бороться с его могучей хваткой оказалось бесполезно. Пришлось взять хитростью – Мира затихла, замолчала. И когда Джек выпустил ее, отошел и сел на кресло, Мира не думала ни секунды: она резко выдохнула, подошла и всадила нож в Льюиса по самую рукоять. Джек молчал, не двигался и, кажется, не дышал. На мгновение Эльмире показалось, что она попала в цель. Убила его. Кошмар закончился. Он уйдет из ее жизни, выйдет из ее головы. Она свободна. Не успело удовлетворение легким покалыванием пощекотать ее кожу, Джек нарушил тишину: хрипло рассмеялся. Он поднял руку, и Мира услышала, как рвется ткань хлопковой рубашки. Ее любовь, ее проклятье – живой. Живой!У Миры зазвенело в ушах. Сжимая до побелевших пальцев рукоятку, она вытащилалезвие: оно мягко, словно по теплому маслу, прошло сквозь обивку и теперь сверкало в свете тусклой лампы. Чистое, острое. |