Книга Лепестки Белладонны, страница 94 – Джулия Вольмут

Мира улыбнулась и вытерла мокрое лицо краем куртки.

– Всегда тяжело уходить. Когда-нибудь я брошу карьеру и останусь здесь преподавать музыку. В родных стенах, как Джейн Эйр [46].

– Пока не уедешь к мистеру Рочестеру.

Джек не читал книгу ШарлоттыБронте, но смотрел экранизацию вместе с Элизабет. И теперь ждал колкого ответа от Эльмиры, например о секрете мистера Рочестера, но Мира молчала.

Они вышли в коридор. Чувствуя напряжение, витающее в воздухе вместе с ароматом живых цветов, Льюис добавил:

– Если серьезно, это прекрасное желание.

Мира усмехнулась, покачала головой и направилась вниз по лестнице. Он задел ее? Или в этих стенах, подобно церкви, не стоит шутить?

– Удивлен, да? – нарушила молчание Мира, танцующей походкой перепрыгивая со ступеньки на ступеньку. – Франк – любитель роскоши, а я вполне счастливо проживу в таком месте, как это. Большинство гонораров я отдаю на благотворительность; одежду покупаю в массмаркете, люблю пиццу, – Мира говорила спокойно, не хвастливо. – И все-таки, пока я могу кому-то помочь своим творчеством и финансами, стоит продолжать.

«Благородная, добрая, умная. Почему же она так тщательно скрывает свои хорошие качества?» – задавался вопросом Джек.

Они шли к выходу, когда из глубины холла, отлетая от просторных стен, прозвучал голос пожилой женщины:

– Mira! Ich freue mich, dass du hier bist! Frau Langs Beerdigung findet nächste Woche statt. Du wirst doch kommen, oder? [47]

Эльмира споткнулась, и Джек в последний момент успел подхватить ее под локоть. Не поблагодарив, не удостоив Льюиса даже взглядом, Мира выпрямилась и, словно в замедленной съемке, повернулась к окликнувшему ее голосу. Джек обернулся следом и посмотрел на женщину с седыми волосами, стянутыми в тугой пучок на затылке. Старушка была худенькой, бордовый костюм висел на ее хрупком теле, как на вешалке. Ростом женщина оказалась чуть ниже Миры, и, когда они поравнялись, Мира посмотрела на старушку сверху вниз. Но Джек сомневался, что Мира виделастарушку. Серые глаза будто остекленели, а кожа приобрела бледный и неживой оттенок. Радость исчезла с лица, словно перегорела лампочка.

Мира покачала головой:

– Нет… съемки…

– Ты еще не ушла? Помоги с аккордами! – с лестницы, перепрыгивая через ступеньки, бежал Рикардо. Его появление для Эльмиры, стало быть, спасательный круг.

– Да! – Она просияла, а ее улыбка стала широкой. Облегченно кивнув, Белладонна зашагала к лестнице, позабыв и о старушке, и о Джеке.

Если Льюис был в замешательстве, то на глазах пожилой женщины засверкали слезы. Тонкая губа дернулась, и Джек понял,что необходимо спасать положение:

– Джек Льюис. – Он надеялся, женщина понимает английский. – Я приехал с Белл… с Эльмирой.

– Мэри Тодд, – ответила женщина, доставая из пиджака носовой платок. – Я была воспитательницей Эльмиры, как и Клаудия Ланге. Обидно, что Мира и слышать больше не желает о нас. С ней было… – Мэри промокнула платком глаза и замолчала, подбирая слова.

– Непросто? – подсказал Джек.

– Именно! Клаудия после смерти мужа ударилась в религию, для нее все, кто не соблюдал правила, были грешниками. Эльмире – с ее-то характером! – часто попадало. Я не одобряю жестокие методы Клаудии, но… – Мэри шмыгнула носом. – О мертвых не говорят плохо.

Воспитательница направилась по коридору, и Джек поспешил следом, отдаляясь от входных дверей. Ему не хотелось упускать возможность узнать Белладонну лучше. Понять ее.