Книга Полный спектр, страница 53 – Тери Нова

Кто вообще в здравом уме проворачивает подобную хрень?

Наверно, сотню раз после того вечера мне приходилось задаваться вопросом, был ли я случайным выбором из числа других мужчин, пришедших в клуб. В попытке найти ответ, пару раз пришлось прижать к стенке Кая, но он бы не раскололся, даже если бы я приставил нож к его горлу, как это проделала со мной она… Воспоминания так же свежи, как запах моей крови на лезвии, смешанный с ароматом ее возбуждения и примесью алкоголя в глубоком женском дыхании, когда она скакала на мне верхом.

Вопросов больше, чем ответов, и это не дает сосредоточиться ни на чем другом, вот одна из причин, зачем я вообще ввязался во всю эту затею с охраной Элси Грин – наблюдение за ней отвлекает. Я не очарован как Джош, совсем нет, просто ее размеренный быт такой… обычный, я бы даже сказал, слишком скучный для объекта особой важности, но в том и прелесть. Элси – обычная, повернутая на выпечке и каком-то историческом древнем дерьме девчонка, какой могла бы стать Шай, если бы все сложилось по-другому. Мое сердце сжимается каждый раз от этой мысли, но почему-то иллюзия того, что моя сестра все еще жива и превратилась во взрослую женщину, так согревает.

Как-то раз я поймал себя на мысли, что уже некоторое время живу в собственном вакууме, где больше нет боли. Точно не знаю, когда это случилось впервые, но я научился избегать душевных терзаний, находя им выдуманную замену. Игра с мозговым центром, отвечающим за страдания, в которой он никогда не должен одержать победу.

Сейчас я просто закидываю в рот побольше лакрицы и сажусь на мотоцикл, коротко кивая Джошу, который выглядит побитым щенком, ожидающим похвалы своей хозяйки. А потом, когда ветер начинает обдувать мое тело через распахнутую джинсовую куртку, я выжимаю газ и представляю свою несостоявшуюся жизнь.

Ту, где живу в Сан-Диего и учу повзрослевшую Шай рассекать океан на розовой доске, которую она просила купить, когда станет достаточно взрослой, чтобы самостоятельно встать на серф. В этой жизни отец не властный ублюдок, а заботливый и любящий наставник, наподобие полковника, только с большим запасом лояльности к чужому жизненному выбору. Мама не глотает успокоительные вместо еды и готовит наши любимые бараньи ребрышки на семейных обедах по субботам. В той симуляции я счастлив, и не имеет значения, сколько жизней я мог бы спасти, если бы стал кем-то другим… Например, смертоносным наемником, проживающим на другом конце страны и убивающим мерзавцев по всему земному шару.

Спустя час езды вкус лакрицы все еще свеж на языке, он напоминает мне о девочке, которая могла умереть, если бы я не стал тем, кем являюсь. Хотя, может быть, тогда кто-то другой добрался бы до контейнера первым и все-таки вытащил оттуда Ремеди и остальных детей? Что, если в другой реальности она до сих пор жива?

Как-то, болтая по телефону, Элси сказала, что история не знает подобных вопросов, я шел за ней следом, притворяясь случайным прохожим, и чуть было не оспорил это, едва не вступив в незапланированный диалог. Как много мы вообще знаем, чтобы быть настолько слепо в чем-то уверенными?

Мой второй телефон, который используется лишь для экстренных вызовов, звонит во внутреннем кармане, и приходится прижаться к обочине, чтобы взглянуть на экран. А в голове все еще проносятся вопросы: