Книга Любовь под одним переплетом, страница 13 – Лера Деревянкина

Когда мы добираемся до Лининого текста, я поднимаю руку первая.

– Да? Софа, кажется? – обращается ко мне Горелов и, получив утвердительный кивок, просит поделиться впечатлениями.

– Мне понравилось, как Лина прописала главную героиню. Видно, что она знала, о чём пишет, и затрагивает эту тему не чисто из хайпа. Из минусов я бы только отметила слишком маленький объём. Кажется, этот текст можно было немного расширить, добавив туда ещё больше взаимодействий героини с одноклассниками.

– Хорошо. Лина, услышала? Запоминай, а лучше записывай. Кто-нибудь ещё? – Мастер обращается к Лине, а затем устремляет свой взор на последние ряды. – Амир?

– Да? – переспрашивает брюнет.

– Что ты думаешь о тексте Лины?

Оборачиваюсь назад резче, чем планировала. Интересно, что же он скажет?

– Тема стара как мир, и нового прочтения я не увидел. Больше похоже на зарисовку с целью заявить о себе. Притом рассказать сумбурно. Второстепенные персонажи блёклые, главная героиня вместо сочувствия вызывает только раздражение. Возникает вопрос – для кого и для чего это писалось?

Амир говорит всё это со скучающим видом, так, словно рассказ Лины даже не стоит того, чтобы мы его сейчас обсуждали.

– Думаю, у текста Лины точно может быть свой читатель. Тема РПП сейчас очень актуальна, – встаю я на защиту однокурсницы.

– Насчёт этого возражать не буду. Вопрос не к тому, о чём текст, а к тому, какон написан. Герои плоские, поступки нелогичные, язык скудный.

Ну какой же… Представляю, как обидно это звучит для Лины.

– Не скудный, а понятный! Он точно будет понятен подросткам, которые чаще других сталкиваются с проблемой РПП.

Амир собирается ответить, но его прерывает Вячеслав Романович.

– Хочу напомнить, что это всего лишь ваша вторая мастерская. И я не жду, что вы прямо сейчас напишете мне великий роман или сразу будете понимать вашу целевую аудиторию. Но тему вы затронули интересную. Как раз о ней я хотел с вами поговорить на второй паре. Давайте сделаем небольшой перерыв. Пятнадцать минут хватит? – И увидев положительные кивки, говорит. – Отлично. Тогда через пятнадцать минут продолжим.

Горелов, подхватив пиджак, выходит в коридор. Аудитория потихоньку пустеет, и мы с Линой тоже собираемся прогуляться до кофейни за углом.

– Лин, не обращай ты на него внимания! – обращаюсь я к заметно погрустневшей однокурснице, когда мы начинаем спускаться по лестнице.

– Ну, может, он прав и текст действительно плохой, – вздыхает Лина. – И самое ужасное, что Горелов может считать так же. Я что, виновата, что до этого в основном стихи писала?

– Да отличный у тебя текст. Мне понравился. Просто этот Амир – заносчивый придурок, – пытаюсь я успокоить подругу. – Вампирюга чёрствый. Видела его чёрнющие глаза? Помяни мои слова, у него и сердце такое же.

– Я думал, вы поступили сюда, чтобы научиться хорошо писать, а не чтобы выслушивать елейный мёд от подруг, – доносится голос Амира за спиной.

Парень больше ничего не говорит, молча обгоняет нас и вскоре быстро исчезает из виду. Показываю ему вслед неприличный жест.

– Софа! – шипит Лина.

– Заслужил, – отвечаю я.

– Сама же говорила, что он хорошо общается с Гореловым. Надо с ним подружиться.

– Он только что в грубой форме прошёлся по твоему тексту, – напоминаю я девушке.

– Да какая разница! Надо будет перед ним извиниться.