Книга Любовь под одним переплетом, страница 75 – Лера Деревянкина

– Ого! – Делаю ещё глоток и негромко мычу от удовольствия. – Это очень и очень вкусно!

– Я рад, что одного человека, попавшегося на разводил-продавцов глинтвейна, станет меньше, – мягко улыбается Амир.

Я видела Амира в мотоциклетной куртке верхом на байке, видела в спортивной майке с волейбольным мячом в руках, видела его, сжимающего одной рукой руль дорогущего авто, в расслабленной рубашке за кафедрой, в горнолыжном костюме на фоне заснеженных вершин, но никогда ещё не видела его настолько домашним. Я пытаюсь делать вид, что всё нормально, пытаюсь даже убедить в этом себя, но чёрт, о какой нормальности можно говорить, если прямо сейчас, почти в три часа ночи, я, одетая в его одежду, пью в его комнате глинтвейн? Больше всего меня пугает, как незаметно стираются эти грани между нормальностью и безумием, и я уже не понимаю, как далеко мы зашли. И кто мы друг другу. Знакомые? Напарники? Друзья? Придурки, у которых сносит крышу при виде друг друга? Я же не слепая, я видела, как он смотрел на меня в общей комнате на втором этаже. Вопрос – значит ли это что-то, или он смотрит так на всех девушек, одетых в короткую пижаму?

Единственное, в чём я уверена наверняка, так это в том, что многим ему обязана. Он помог мне в трудную минуту, хотя мог этого не делать, и теперь я тоже хочу протянуть ему руку.

– Что ты делаешь послезавтра? – прямо спрашиваю его.

– А? – непонимающе смотрит на меня Амир.

– Послезавтра, в восемь.

– Ничего.

– Отлично! – Я так рада, что забываю о глинтвейне, и пара капель выливается за края кружки. – Тогда я тебя похищаю.

– Похищаешь? Меня?

Кажется, Амир в конец растерялся от моей наглости. Ну и пусть думает что хочет, главное, что я смогу осуществить задуманное.

– Да, похищаю.

– И не скажешь зачем?

– Конечно же, нет, это же похищение.

В глазах Амира появляется блеск, а губы снова искривляются в лёгкой улыбке. Или ему весело, или он считает меня дурой. Если честно – всё равно.

– Хочешь, можем посмотреть фильм, – предлагает Амир, когда содержимое наших кружек пустеет.

В голове тут же вырисовываются картинки, как мы сидим с ним на его кровати, укрытые пледом, смотрим какую-нибудь сопливую мелодраму или комедию, а затем он обхватывает пальцами мой подбородок и, притянув к себе, жадно целует. От одних этих мыслей начинает покалывать губы, а низ живота как-то странно щекочет. Но что, если это просто плод моего больного воображения? Что, если Амир просто по-дружески предложил посмотреть фильм, а я напридумывала непонятно что?

Меня пугают мои собственные мысли и желания, но пора признаться хотя бы самой себе в том, что меня влечёт к этому парню со страшной силой. Что я влюблена в Амира Гордеева.

– Да я, наверное, пойду. Уже поздно. – Ставлю кружку в раковину. – Могу занести твои вещи завтра?

– Да, конечно.

На лице Амира не проскальзывает ни тени сожаления из-за моего отказа, что ещё раз даёт мне понять, что я права и это был всего лишь дружеский жест.

– Тогда спокойной ночи.

– И тебе. Если снова будут сниться кошмары, пиши, – я, в отличие от твоей соседки, ничего против прохладного воздуха не имею.

Вернувшись в комнату, тихо снимаю тапки и штаны, чтобы не разбудить Аню. Начинаю стягивать с себя кофту, но что-то меня останавливает и я прямо в ней забираюсь под плед. Запах цитрусов и кофейных зёрен пробирается в мои ноздри, я закрываю глаза и засыпаю, почему-то уверенная в том, что этой ночью кошмары мне больше не приснятся.