Книга Ты моя одержимость, страница 78 – Лера Деревянкина

Так, а вот это интересно. Неужели Влад реально его так запугал?

– Влад не знает, что я слышала этот разговор, и не знает, что я к тебе подошла.

– Я пошел. – Парень резко встает, хватает свой рюкзак и собирается уходить.

– Подожди, пожалуйста, я просто хочу кое-что понять, – пытаюсь его остановить. – Может, я смогу как-то помочь.

– Помочь?! – агрессивно шипит Матвей. – Просто не трогайте меня и мою семью. Я и так делаю все, что он хочет.

– Он тебя шантажирует?

Неужели это правда?

– Не строй из себя святошу. Не говори, что не знала, – фыркает он.

– Ты можешь рассказать, что именно происходит? – прошу его. – Я действительно хочу понять.

– Реально не понимаешь? Мой тебе совет – держись от него подальше, – говорит Матвей. – И от меня. Ты ничего не слышала. Если хоть что-то всплывет, я вас обоих убью. До свидания.

Матвей уходит, оставляя меня в коридоре в полном недоумении. В таких же потерянных чувствах иду на третью пару. Только вот препода я не слушаю: невозможно. Мысли совсем о другом. Что мы имеем? Изменившего мне бывшего, предавшего меня лучшего друга детства и институтского вымогателя. Отлично, похоже, я, как магнит, притягиваю к себе самых отстойных людей этого мира!

После пары спускаюсь вниз. Прохожу в столовую мимо коридора, ведущего в спортивный зал. Беру курник и возвращаюсь обратно. Сейчас у второго курса будет физкультура. У меня пар на сегодня больше нет. Иду в раздевалку, снимаю с крючка пальто и стою так с ним в руках несколько минут. Затем снова вешаю пальто на крючок и возвращаюсь к спортивному залу. По идее, пара уже идет. Боже, я совсем сошла с ума. Не попрусь же я сейчас в мужскую раздевалку?

Но ноги сами ведут меня в тот самый коридор, а руки сами толкают деревянную дверь с потертой буквой «М».

В раздевалке никого, только из душевых доносится чье-то неразборчивое мычание. Подхожу к первому шкафчику и дергаю на себя. Не тот. Так проверяю каждый, пока не замечаю в одном из них знакомую мне сумку.

Сердце стучит как бешеное. Рука тяжелеет, стоит ей опуститься в сумку и дотронуться до серого переплета чужого ежедневника. В голове мелькает разговор двухмесячной давности:

– Давно не видела, чтобы кто-то записывал все это в ежедневник.

– Привычка от отца. Не могу иначе.

– И что, прямо все записываешь туда?

– Абсолютно все.

Знаю, что мне нельзя читать ежедневник, ведь это наглое вторжение в чужое личное пространство. Но вдруг в этом блокноте есть записи, подтверждающие, что Влад шантажирует Матвея?

Заправляю кремовую рубашку в брюки, быстро кидаю взгляд на свое отражение в зеркале и выхожу из комнаты. Дома пусто. Родители на работе, Лера уехала еще рано утром. Не удивлюсь, если к Стрельцову. Сегодня ночью они уезжают в Москву, чтобы оттуда отправиться в Дубай, и, похоже, это та самая жирная точка в наших с ней отношениях. Я перееду в свой дом, и наши пути разбегутся окончательно. Как она и хотела.

Осталось пережить сегодняшний вечер. Через полчаса начнется ежегодный Зимний бал. От бала, правда, скорее одно название, по факту – из года в год в конце декабря после зачетной сессии институт давал студентам право осуществлять незыблемую традицию в виде вечера танцев. Вначале подразумевалось, что все будут приходить на бал в каких-то тематических костюмах. В итоге предписанное изначально правило со временем превратилось в пожелание – все просто надевали свои самые красивые наряды.