Книга Предел прочности, страница 53 – Анастасия Стер

Туалета нет ни в одной камере, они находятся в отдельной комнате и туда можно ходить только в сопровождении маршала. Нам ставят большое черное ведро, но мы принципиально им не пользуемся, потому что воздух в камере и так спертый от пяти взрослых мужчин. Дышать собственной мочой — еще один вид издевательства. Не знаю как обстоят дела в других камерах, но мы принципиально игнорируем его существование.

За столом сидел Армандо Фриас — наш Дон — и закручивал табак в бумагу, хитро прищурив глаза. Его волосы уже давно оскверняет седина, захватывая еще и густую бороду, которую он перестал сбривать пару месяцев назад.

— Мы убили крысу из Нуэстры.

— Точнее сказать вырвали кишки и избавили от позорного знака его дерьмовой фамилии, — сказал Адриан, вытаскивая из кроссовка пакет с кусками плоти.

Дон слегка кивнул, продолжая заниматься своими делами — полное безразличие.

Я подошел к своей койке и вытащил спортивную сумку из-под нее, чтобы переодеться в сухую спортивную форму. Адриан начал качать пресс прямо на полу.Мы заставляем делать его физические упражнения, чтобы он выпускал пар. После убийств ему это особенно нужно, чтобы не натворить хреновых дел — опыт уже был и после этого только чудо спасло его от смерти.

— Сегодня здание ФБР будет изгажено, — сказал Доминик — наш Капо — пряча мобильный телефон под матрас.

Одно из основных правил нашего Кодекса — не иметь связи с рабами государственной системы. Именно поэтому нашим надзирателем в тюрьме является Педро, в прошлом такой же заключенный, как и мы. Несколько лет назад с помощью взяток и хитрости мы протащили его в колонию, чтобы успешно управлять всем из-за решетки.

В тот момент наши дела шли плохо, точнее сказать херово. Нам не разрешали писать письма на волю и фамилия переживала кризис. Пришлось принять крайние меры, чтобы иметь свободный доступ ко всем людям на воле. Поэтому у каждого из нас есть телефоны, оружие и все необходимое, что мы, естественно, прячем, и особо не распространяемся об этом. Нашу камеру не осматривают досконально, как и должны это делать. Педро сообщает нам все новости, являясь связным с Капо на воле.

Я Консильери Мексиканской мафии вот уже два года. Начал я свой путь с простого солдата, которому доверяли только грязную работу и не посвящали в подробности ведения дел.

Спустя сотни проверок, провокаций и наблюдений я удостоился чести получить татуировку-символ над сердцем — кровавый отпечаток ладони с черной буквой М в центре. Мне набивали ее самодельной машинкой, используя чернила ручек, вместо краски, и я наслаждался болью во время процесса. Я считал, что адское пекло, обволакивающее мою руку в момент нанесения символа, тоже часть ритуала — думаю так до сих пор и испытал бы эту боль снова. С того самого дня я обрел новую семью, которой буду верен до своего последнего вдоха.

— Оставьте на стенах наш знак, закрепляя его на века. Они должны знать, что это сделали мы, — сказал я, натягивая белую футболку, которая обтягивала стальные мышцы моих рук, — насчет подставной смерти агентов — отставить это, мы не будем подкидывать тела.

— Но Серхио уже прислал фото. Они убили каких-то бродяг, и все готово для отчета.

С облавы ФБР мы отхватили себе двух агентов, которые нам понадобятся, но об этом рассказывать всем мы не планируем.