Книга Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви, страница 109 – Эйси Джей Миллс, Кристина Шрайфер, Камрин Харди, и др.

– Время загадать классного парня! – мстительно заявляет Тони.

Следующие семь минут я не слышу происходящего вокруг, из телевизора долетает белый шум. Все мои мысли вращаются возле непонимания, как мы с Тони умудрились прийти к тому, что в Новый год мечтаем не любить друг друга неистово и нежно, словно это последний шанс ощутить всю полноту жизни, а о том, чем залатать свои раны.

С первым же ударом курантов Тони пишет на бумажке желание, поджигает и растворяет пепел в бокале. Звучит звон хрусталя, и в возгласах «Ура!» я слышу всеобщую смущенность после нашей драматической сцены, что еще совсем свежа в памяти.

Тони допивает шампанское, с грохотом ставит бокал и покидает зал.

– А давайте запускать фейерверки! – Кейтрин пытается возвратить праздник, за что я признателен ей. Она чутко распознает, что сейчас не время для вопросов и утешений.

Когда семья направляется из дома, я остаюсь в зале, находясь в каком-то тупом полусне.

– Если женщины станут прямолинейными, то куда исчезнет их обаятельная загадочность? – произносит бабушка Анна. Она не из тех, кто разбрасывается советами, оттого цена ее слов высока, и я прислушиваюсь. – Если ты знаешь, чего она ждет от тебя, – действуй.

– Она хотела сказку, но какого принца ожидала увидеть во мне? Не понимаю.

Когда у меня в голове все просто и ясно, Тони умудрялась приправить действительность волшебной пыльцой. Наверное, так и живут романтики – смотрят на серый мир через призму грез. Как правило, неосуществимых.

– Не надо понимать, люби. Но не заставляй девочку биться о баррикаду твоего отчуждения, чтобы чувствовать себя особенной.

Начинаю соображать: я сам утомил Тони своим нежеланием хотя бы раз прибегнуть к ее языку любви.

Прибитый раздумьями, поднимаюсь в гостиную на втором этаже, а кажется, будто восхожу на край пропасти. Свет от включенного ноутбука Тони выхватывает из плотной тьмы часть обстановки: подернутое сиянием лицо девушки задумчивое, слегка раздраженное. Мерцающий дисплей откликается моим надеждам на хорошее – то зажигается, то гаснет.

– Все пишешь?

– Ноут сдох, месяцы работы коту под хвост.

Не могу сдержать вздоха: душащая Тони гордость не позволит попросить о помощи. Я поворачиваю к себе ноутбук и комбинацией клавиш вызываю консоль на бьющемся в конвульсиях экране.

– О чем книга? – интересуюсь как бы между делом, пока разгребаю сбой в настройках.

– Об одном парне, который не умел выражать чувства.

– И что с ним стало?

– Он умер.

Отомстила по-писательски, что называется.

Мне требуется время, чтобы вернуть ноутбук к жизни, а как только на экране загорается рабочий стол, Тони захлопывает крышку и поспешно пытается покинуть мое общество. В прошлом она бы восхищенно сказала, что на такую магию способен только я.

– Считаешь меня мудаком?

– Нет. Я о тебе вообще не думаю.

Я не верю ей и рискую шагнуть в пропасть. Проваливаюсь во тьму, готовый встретить неизвестность с открытым сердцем.

Нахожу Тони по наитию. Склоняюсь к ее лицу, носом веду вдоль скулы, ощущая прерывистое дыхание на своих губах. Тони замирает, как пташка, внимающая шорохам ночи, а я выдаю что-то, мне совершенно не свойственное, но правдивое:

– Не отталкивай и послушай: ты ждешь от меня героических порывов, но я не герой. Я простой парень, который рад найти потрясающую девушку и работать ради ее счастья. Другого, созданного в твоих мечтах, нет. Ты знаешь, что я приму любое твое решение, поэтому, отбросив все игры в «докажи, что достоин», подумай хорошо, чего хочешь на самом деле.