Книга Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви, страница 2 – Эйси Джей Миллс, Кристина Шрайфер, Камрин Харди, и др.

Верно, он опять все испортил, а я как раз направлялась на встречу со Скоттом, самым милым парнем из нашего класса, который является полной противоположностью этому отвергнутому оленю, которого, вероятно, выгнали из саней Санты за особенно плохое поведение.

До Рождества осталась всего неделя, и я хочу, чтобы хотя бы одно Рождество прошло именно так, как я себе представляю. Мне действительно нравится Скотт. Он добрый, хороший и… совершенно точно неДжереми.

– Возвращайся в ту темную дыру, из которой ты выполз, Гринч,и постарайся хотя бы сегодня не испортить настроение всем остальным нормальным людям!

В темных глазах Джереми мелькает нового вида раздражение, которого я раньше за ним не замечала, но я тут же отбрасываю эту странную мысль и иду к своей машине. Я чувствую, как его тяжелый взгляд прожигает дыру у меня на затылке, вызывая какие-то нелепые мурашки, бегущие по спине, которые я категорически отказываюсь признавать чем-то, кроме обычного зимнего озноба.

Когда я мечтала об электрических разрядах и порхающих бабочках, это было совсем не то, что я имела в виду.

– Ты не можешь пойти на свидание в таком виде! – кричит мне вслед клоун, запуская еще один снежок. Ледяной снаряд пролетает мимо моего плеча и с глухим стуком ударяется о шину моей уже работающей машины.

Я открываю водительскую дверцу натягивая на лицо свою самую обаятельную улыбку.

– Спасибо за бесценный совет по моде, психопат в черном, но я хочу как можно лучше отпраздновать это Рождество, и твоя компания определенно не входит ни в один из пунктов моего праздничного списка пожеланий.

Терпеть не могу это чертово Рождество.

И дело вовсе не в том, что мама не старалась изо всех сил превратить наш дом в какую-то зимнюю сказку, а в том, что это, по моему мнению, самый фальшивый праздник на всей земле. Праздник, на котором все притворяются, будто какой-то толстый старик в нелепом красном костюме и с приклеенной белой бородой способен волшебным образом исполнить все твои самые сокровенные желания.

Это так не работает.

– Твоя компания определенно не входит ни в один из пунктов моего праздничного списка пожеланий, – бормочу я себе под нос ее слова, кривя губы в кислой гримасе.

Я вырастил в своем сердце здоровую, почти осязаемую дозу искренней ненависти к своей соседке, потому что, честно говоря, у меня просто не было особого выбора. Она настолько же невыносимо бесит меня, насколько и… очаровательна. И однажды, когда я, набравшись смелости, попытался сказать ей, что она мне нравится, я застал ее под этой идиотской веточкой омелы с моим кузеном, который уже наклонился для поцелуя. Естественно, я повел себя как полный идиот, безжалостно прервал их и да, возможно, не совсем признался в своей любви. Именно тогда Талия впервые окрестила меня Гринчем и с заявила, что ненавидит меня всем сердцем. С тех пор я предпочитаю ее язвительную ненависть… чем полное отсутствие реакции на меня.

Стук доносится прямо из-за моей незапертой двери, и секунду спустя мама бесшумно проскальзывает в полумрачную комнату, осторожно неся в руках дымящуюся кружку горячего какао.

– Ты не спишь? – тихо спрашивает она, ее дурацкий фартук с аппликацией миссис Клаус сегодня выглядит неуместно в этой полутьме.