Книга Неприкаянные, страница 106 – Эйлин Фарли

Он отпустил меня. Дрожь. Невозможность полностью осознать сказанное им.

— Видела бы это мама! Она бы, наверное, отреклась от тебя! — в запале произнес он.

Чудовищные, самые страшные слова, когда-либо услышанные в жизни! Горечь и боль в груди. Гнев от отчаяния!

— Не смей говорить за нее! — крикнул, задыхаясь от подступающих слез.

Лед в глазах отца. Брезгливое выражение на лице.

— Ты развлекался с проституткой. Нюхал наркотики. Тому есть доказательства. Медицинский университет? Хорош будущий хирург! Я обменял несколько миллионов долларов на твою ночь дурных удовольствий. Даже не знаю, как общаться с тобой после всего этого! — бросил отец и вышел.

Оглушительный хлопок дверью. Мрак! Конец мира! Апокалипсис…

— Голос Картера.

Знакомая песня. Старик на ней зациклился. «Кобура», «Мои револьверы». Кольт Питон. Вещмешок. Три пули. Одна — для чертова Ллойда. Без вариантов! Убить его. Никакой пощады! Артур Келли получил сполна, потеряв сына. Мэр вышел сухим из воды. Единственный шанс грохнуть его. Рок. Сама судьба указала путь. Возмездие, воздаяние. Этой ночью я покину дом старика Картера. И будь что будет…

Форд Мустанг.

Черный. С тонированными окнами. Не шестьдесят шестого, а новый. Тачка одного богатенького чувака из школы. Не мечта, а вместилище ада! Разговор с отцом. В забытьия вышел из дома. Слабость, отчаяние. Мысли о побеге. Компромат. Попытки вспомнить детали того вечера. Новый шок! Оральный секс с Зоуи. Она делала это вовсе не в спальне. Свет в гостиной. Диван. Всё произошло там. Ночь похоти. Келли организовал это.

Чертов Келли!

И Томпсон. Они так внезапно вышли из Мустанга, что я дернулся.

— Привет, Роберт! Прокатимся? — с видимой доброжелательностью произнес Эйден.

Послал его к черту и попытался обогнуть машину. Оглушительный удар по затылку! Темнота…

Рев двигателя.

Классическая музыка. Какая-то немецкая опера. Заднее сиденье. Толстые пальцы Томпсона на руле. Серебристый значок бегущего коня. Келли на переднем пассажирском. Мой стон. Огромная шишка на голове.

— С пробуждением!— мягко произнес Эйден, не обернувшись.

Он настроил зеркало заднего вида таким образом, чтобы смотреть мне в лицо.

— Да, не очень-то приятное пробуждение, Роберт, понимаю. Такова жизнь. За сладкие сны приходится платить.

Мое молчание. Слова отца. Догадка: они с Томпсоном, скорее всего, снимали всё на фотоаппарат или видеокамеру.

— Зря ты полез на рожон, дружище. Ты не оставил нам выбора.

— Тебе хана! — загоготал Томпсон.

— Следи за дорогой! — сухо скомандовал Келли.

Дорога.

Поворот. Знакомая табличка «Частная территория». Оук-Хиллс. Отец возил меня туда лет шесть назад. Земля — наследство предков. Лакомый кусок для любого застройщика. Вековые дубы, поляны, шикарное месторасположение.

Сетчатый забор.

Тачка остановилась. Ручищи Томпсона. Он вытащил меня за грудки из машины и швырнул на землю. Бейсбольная бита в руке борова. Те двое не шутили. Неизбежные побои, унижения.

— Подними голову, Роберт. Осмотрись! — стоя спиной, Келли очертил руками полукруг и шумно вдохнул прохладный воздух. — Вон там будут многоквартирные дома. Классная отделка, комфорт. Всё на высшем уровне. А там, — кивнул в сторону дубовой рощи, — большой торговый центр и парковка на триста мест.