Книга Неприкаянные, страница 125 – Эйлин Фарли

Книга.

Франк положила «Бытиё» на стол. Наше молчание. «Обслуживание». Я обязан был продать ей? Наглость высочайшего уровня! Желание швырнуть в нее романом. Еле-еле сдерживался, чтобы сохранить остатки самообладания. Ненавистный ее голос после затянувшейся паузы:

— Не парься ты так. Чем быстрее продашь, тем скорее свалю.

Какой-то мрачный ее тон. Без вызова, подкола или издевки. Я совсем запутался. Она не собиралась колдовать. Ее презрение? Будто я виновен во всем случившемся.

Дилемма.

Продать книгу, приняв из ее чертовых рук деньги? Нет, унизительно. Стоять дальше, как истукан, смотреть в пол, демонстрируя отказ? «Ты трус, Роберт Грэйвз». Ее намеки на слабость. Что я ни на что не способен. Не могу постоять за себя при встрече лицом к лицу с лютым врагом. Оставленная на столе книжка и ее победоносный уход с хлопком тяжелой старинной двери. Я закипал! Злился от безвыходности. Она легко, одним движением и парой фраз загнала меня в ловушку. Тронутая струна гордости. Книга. Я отодвинул её с брезгливым видом, выбрав-таки второй путь.

— Ясно, Грэйвз, — вздохнула она и направилась к выходу.

Ее победа. Ну и ладно!

— Нью-Йорк, — вдруг произнесла она.

Что-что? Я машинально поднял глаза.

— Да-да, Роб. Нью-Йорк. У меня была цель. Так же, как и у тебя. Просто хочу, чтобы ты это знал. Прощай!

Щемящее чувство.

Ее уход. Больше никаких неясностей. Точка! Не я, а она, эта стерва, поставила ее. Жирную, черную.

— И что? Стоило того? — не выдержав, спросил как можно спокойнее и строже.

— Стоила ли она того? — таким же тоном Франк задала встречный вопрос.

— Что?

— Зоуи.

— А-а-а, — протянул. — Ревность к шлюхе? Вот оно что!

Гадкие слова. Язвительные. Не смог сдержаться.

— Нет, Роб, — пожала она плечами с безразличным видом. — Совсем нет. Ты трус, Роб, вот в чем беда.

Злоба!

Она будто резала по-живому, вынимала душу! Не так, как в день той нашей ссоры. В сто раз хуже!

— Как ты, подлая сука, смеешь говорить со мной так? — бросил ей сквозь зубы.

Она подняла бровь.

— Да, еще какая сука. Но дело всё в том, что ты пренебрег мной дважды. Сперва сказал, что я ничтожество, бесталанная серость, а затем, когда принял обхаживания эскортницы. Давай начистоту, Грэйвз? — ее шаг в мою сторону.

Сделал знак, чтобы не смела приближаться.

— Окей, — ухмыльнулась она.

Мой знак: «Трус!» — в груди кольнуло.

— Скажи, я ведь нравилась тебе как девушка? С какого момента?

Я молчал.

— Но точно уж это началось не с кафе «У Натана», верно? Феерия в «Гризли» ведь накопленное, так? Вот что, Грэйвз. «Подлая сука»? Да. Но ты ничем не лучше.

— Замолчи! — потребовал я.

Она убивала меня! Медленно, с особой жестокостью.

— Нет, всё же дай закончить. Ты высокомерен, Роб, считаешь, что с девушкой, которая тебе нравится, можно обращаться как с дерьмом. Ты не умеешь признавать достоинства других. Я не собиралась предавать тебя. Ты сам спровоцировал. А еще хотел уязвить, переспав с той шлюхой только за то, что я сказала правду, ну, и пришла на бал бесов не в том виде, в котором тебе бы хотелось. Так кто из нас «сука»? Кто «подлый»?

— Может, и оба. Выяснили! Ты закончила? — огрызнулся.

До того спокойная Франк вспыхнула.

— Не смей затыкать мне рот, Грэйвз, слышишь, сволочь надменная! В этом и есть весь ты!

Шаги. Она — напротив меня.

— Знаешь что? Ты продашь мне книгу! Либо я заберу ее так, бесплатно. Можешь вызвать копов, а хочешь, доложи в выручку из своего кармана. — Франк схватила роман. — Открывай кассу! Чего замер? Шевелись! У меня мало времени.