Книга Неприкаянные, страница 132 – Эйлин Фарли

Дальше.

Разные каляки-маляки. Заметил в нижнем углу мелкие буквы. На каждой странице по одной. Принцип мультипликации. Отогнул блок листов, отпустил, придерживая. «С-к-у-к-а с-м-е-р-т-н-а-я. Череп с костями, как на пиратском флаге в конце «мультика».

Разворот.

Где-то примерно на середине. Странные, хаотичные надписи, выведенные детской рукой. «Глен — маленький член» и знак вендетты рядом. «Болиголов пятнистый». Что? Сильнодействующий яд? Ведьма! Отравительница. Чудное напоминание: «написать Дарену, чтобы не подходил близко к кенгуру. Они брыкучие». Пролистал вперед. Цифры в столбик. В конце каждой строчки — буква «Ф». Фунты? Она записывала, сколько скинула? Мда. Блокнот для записей существует, вообще-то, для порядка. Да уж, где Франк, и где порядок?! Мне попалось довольно много следов от вырванных листов. Ясно. Она таскала блокнот для того, чтоб, при случае, оставить номер телефона очередному хахалю.

Дни.

Она всё же их фиксировала. В самом конце листы с календарями по месяцам. Но толку-то? Записывала даже не через раз. Вспоминала, что она женщина, изредка. Прошлый год. Сентябрь, ноябрь. В этом — февраль,май. Какая-то жесть! Всё вразнобой. Даже её цикл вычислить невозможно. То три для в середине месяца, то четыре — ближе к концу. Ее организм, и тот нормально, как у всех, не функционировал.

Фиаско!

Келли точно врал. Ничего он не мог о ней знать. Сказал, чтобы взбесить конкурента. С его эгоизмом он бы не стал так рисковать. Но а как же я? Идиот! «Кретин кретином». Повелся на эти его разводки, хотел опередить и, возможно, заделал Франк ребенка. Мальчика. Определенно пацана.

Дети.

Я их не выношу! Никогда не думал об отцовстве. Одна девчонка-одноклассница по имени Клэр залетела от хахаля и в итоге родила в шестнадцать. Двое очень молодых ребят с коляской. Вечно невыспавшиеся и ненавидящие друг друга. Ругань. Ноль секса. Примитивная работа парню, чтобы свести концы с концами. Ей — подгузники, какашки и вечные болячки нежданного чада. Мисс Эркин часто рассказывала, как мама мучилась со мной в детстве. Я появился на свет очень слабым. Не дотянул по весу даже до шести фунтов. Вечные ангины с температурой под сорок. Да Франк и дня бы не продержалась в таком режиме! Убежала бы в чертов Нью-Йорк, даже записки не оставив. Ну и ладно!

Сын.

Неужто бы я его бросил? Плевать на отца и их со старухой-домработницей осуждающие взгляды. К моменту прихода домой я окончательно поехал рассудком. Меня кидало из стороны в сторону. Терзания. Какой выбор сделает Франк? Она ведь совершенно ненормальная! Родить мне назло? Легко! Сойтись опять с Келли и воспитывать моего ребенка? — чудовищная мысль! Этот черт любил её и, с его-то финансовыми возможностями, вполне мог жениться. «Любовь всей жизни», «судьба притаилась в этой холодной дыре».

Поступок.

Настоящий, мужской. Способен ли Келли на такое? Почему нет? Сложная «натура». Куча противоречий. «Красные следы, оставленные на простынях». Лишение всех девчонок без разбора невинности и невообразимые чувства к Франк. Он терзал ее, заставлял делать подлые вещи, спал чуть ли не у нее на глазах с шлюхами. И те слова, что он произнес после избиений Томпсоном. Да уж! С Франк они составили бы отличную парочку. Два черта. И мой сын. Они не научили бы его ничему хорошему. Изуродовали бы психику.