Книга Неприкаянные, страница 88 – Эйлин Фарли

— И что? Если кто-то встал «не на ту дорожку», тои помочь грешно?

— Нет, ну… Если у тебя правда проблемы, то да, конечно.

Боже! Эта лицемерка знала, что мои предки далеко не нуждающиеся. В холодильнике полно еды, шкафы — ломятся от одежды. В ее глупую голову закралось подозрение, что у моей семьи не лучшие времена. Папа — банкрот, а дом заложен. Повод потешиться, распустить слухи. Такие, как Надин, беззаветно ничего не делают. Подобным ей и её родокам еще надо доказать, что дела реально плохи. Вот пример «дружбы» между толстыми кошельками во всей, мать её, красе!

Я хотела загнать туфли из принципа. Поглумиться над гедонистом Келли, для которого главная ценность — материальные блага. Он честно сказал на последнем балу бесов, что не знает сочувствия. Так же, как и Надин. Так же, как все те вылизанные и пресыщенные из более старшего круга. Идти к ней за подачкой — смешно. Испытывай я крайнюю нужду, то скорее бы обратилась к Эндрю, а лучше к Грэйвзу.

Мисс Эркин приготовила бы стейк или бифштекс с картошкой и салатиком. Не гостевая спальня, а именно уютная кровать Роба, его лежбище. Там можно было бы контоваться хоть сколько времени без «оплаты» или снисходительного дозволения. Получив дары Эфира, я это осознала.

— Знаешь, красота моя, не упади с высоты каблучков, — бросила ей. — Хотя тебе никогда не достичь таких высот, как Джанни[62]. Априори! Чао!

«Априори» — любимое словечко Надин. Конечно, до нее не дошел смысл сказанного. Успешные, неординарные люди: Версаче, Вэствуд. И примитив, убожество этой дуры.

Беззаветно, с теплотой, я вручила Эндрю Вульфу кэш, сказав:

— Ну теперь оторвемся!

Он сперва не хотел брать. Заявил, мол, его бизнес идет неплохо. Ответила, чтобы не морочил голову — бабки-то халявные. Добавила, что принципиально хочу потратить всё до цента именно с ним. Вульф — хороший…

Так вот, возвращаясь к ухажеру Стэнли. Он оставил номер телефона. Неприятный, глупый чувак. Скомканная бумажка в кармане пришлась кстати, когда бог Эфир уже приноровился лазать по стене дома не хуже меня. Звякнула Стэну. Предложила встретиться, зная, в какое примерно время, вероятно, найду дар.

Как такового плана не было. Никаких обдумываний мелочей. Одно жгучее желание — заставить притаившегося в темной зелени бога закипать от ревности. Остальное — по барабану. Затем я бы кинула Стэнав клубе, наслаждаясь танцами в одиночестве.

Одна из книг по древнегреческой мифологии, взятых из публичной библиотеки. Коротая время, читала про прекрасных озерных и речных нимф Наяд— дочерей Зевса. Час свидания с уродливым человеком и появление Эфира — приближался. Внутри покалывало. Магический, окутанный тайнами и шепотом духов, вечер.

И те, самые красивые в мире маки от Роба, найденные на подоконнике. Я наколдовала венок. Надела белую, короткую тунику и потрясающие золотые босоножки на каблуке. Греческий стиль. Мне хотелось быть для него нимфой. Планы с клубом резко поменялись.

Незримое присутствие Эфира и короткий диалог с пошляком Стэном. Я задыхалась в салоне тачки от противного парфюма «ухажера». Весь его облик — одно сплошное непотребство.

Это существо доставило по моей внезапной прихоти к лесу. Круглая, полная луна. Приказала горе-спутнику ждать. Он, больше из вежливости, предложил проводить. Не хотел пачкать обувь и цеплять паутину на лоснящиеся гелем волосы и дурацкий прикид. Стэн рассчитывал, что после моих странных желаний мы поедем в клуб, где он будет блестеть и блистать. Дешевая ваза из кусочков стекла, пустой сосуд. Комнатный дискотечный шар.