Книга За что убивают Учителей, страница 87 – Наталья Корнева

Элиар промолчал и в знак сожаления низко склонил голову, внимательно разглядывая алый отпечаток губ Учителя на белоснежном фарфоре. Чаша осталась у него в руках – вместе с этим притягивающим взгляд отпечатком, подобным нерасцветшему бутону красного лотоса.

Эпоха Черного Солнца. Год 359.

Сезон пробуждения насекомых

Просыпаются первые насекомые.

День семнадцатый от пробуждения

Бенну. Цитадель Волчье Логово

*киноварью*

Время шло: минуло четыре дня с момента, когда волчонок взялся уладить вопрос с их экспедицией в Ангу. Официальный ответ от Яниэра пришел почти сразу: Первый ученик будет рад увидеть Учителя и Великого Иерофанта на ледяных пиках Фор-Вирама.

Итак, препятствий для путешествия не предвиделось.

Священная двурогая гора Фор-Вирам, сердце северных территорий, очертаниями походила на круто изогнутое лезвие серпа, готового срезать пшеничный колос. Гора имела две вершины, на одной из которых располагался, как успела сообщить Шеата, основанный Яниэром храм Лунного Солнца, на второй – старинный родовой дворец владетелей Ангу.

После получения согласия три полных дня ушло на подготовку экспедиции и спешные сборы – с утра и до поздней ночи. Элирий, конечно, не принимал в них никакого участия, лишь терпеливо ожидал в своих покоях возможности выбраться наружу, которая должна была предоставиться совсем скоро.

Наконец в тихий час полуденного отдыха в спальную комнату пожаловала Шеата с чашкой дымящегося отвара лекарственных трав, вместе со снадобьем передавшая и распоряжение Элиара: срочно собираться. Едва они закончили с переодеванием и последними приготовлениями, как не замедлил явиться и сам Черный жрец.

Подаренная накануне одежда скрывала все тело Элирия, оставляя открытыми только глаза, но для конспирации этого было недостаточно – знаменитый цвет циан, говорящий о священной крови небожителей, выдавал Первородного с головой. Придирчиво осмотрев полученный результат, Элиар сам приступил к последним штрихам: надел и тщательно закрепил черную с золотом маску, после чего приколол драгоценную брошь в форме солнца, скрепившую мантию темно-серого цвета со знакомым орнаментом черных затмившихся светил.

– Лицо и руки Учителя должны быть тщательно скрыты от чужих глаз, – еще раз напомнил ему Второй ученик. – Никто не должен видеть их, кроме меня и Шеаты. Пожалуйста, не снимайте маску и перчатки без моего разрешения.

Элирий молча кивнул, про себя недоумевая: кажется, его ученику весь этот затянувшийся спектакль с переодеванием доставляет немалое удовольствие.

Он не мог знать, насколько прав. Элиар и сам не хотел бы признаваться в этом, но отчего-то трогательная уязвимость и зависимость наставника безотчетно нравились ему. Эта новая весна вскрыла сердце, как нож, и наружу свободно потекло все, спрятанное там слишком долго и безнадежно.

Элиар вдруг почувствовал, насколько бесконечными были эти триста пятьдесят девять лет без Учителя… поистине бесконечными. И все же почти четырех столетий оказалось недостаточно, чтобы забыть.

Однако все еще не было сделано самое главное. Самое главное и самое неприятное.

– Мессир, – негромко обратился Элиар, – прежде чем мы отправимся на корабль, придется наложить на вас некоторые ограничения. Это избавит вашу светлость от искушения применить священническую магию красного цвета, которую вы уже пытались опробовать на моей приближенной. Пока Учитель еще слишком слаб и может случайно навредить себе, понапрасну расходуя ресурсы крови.