Книга За что убивают Учителей, страница 89 – Наталья Корнева

От слабости Элирий покачнулся и, цепляясь за титульные одежды Великого Иерофанта, начал медленно оседать на колени. Длинные тонкие пальцы бессильно скользили по гладкому церемониальному шелку, тщетно пытаясь остановиться, удержаться от падения.

Элиар замер в смущении, кажется, едва ли способный вытерпеть эту болезненную сцену. Трепетное, замирающее дыхание великого Красного Феникса шокировало и в то же время странно будоражило кровь. Когда Элирий, почти лишившись чувств, ткнулся лбом ученику в живот, тот опомнился и, в свою очередь, преклонив колени, позволил опереться о себя.

– Учитель, – встревоженно позвал Элиар, но не дождался ответа.

Учитель не должен быть коленопреклоненным. Никогда.

Нужно было закончить духовное пленение, – но в то же время сделать это не представлялось возможным. Наставник по-прежнему слаб – полное пленение священного цвета крови может убить его или нанести физическому телу повреждения, которые потребуют длительного восстановления. Кроме того, Элиар боялся, что Учителю будет слишком больно. Это тело совсем не похоже на прежнее тело могущественного Первородного: сильная боль может высушить всю отпущенную ему жизненную силу.

Конечно, по правилам следовало перекрыть горловую точку, как сделал когда-то Учитель и с ним самим… но сердце Элиара дрогнуло. Это было слишком жестоко. В конце концов, частичное пленение уже делает применение духовной силы затруднительным, а в таком состоянии – почти невозможным. Да и он всегда будет рядом с Учителем, чтобы проконтролировать.

Не произнеся более ни слова, Элиар помог Совершенному подняться и усадил его в глубокое кресло, вновь ощущая прочную связь с этим человеком из прошлого. Разорванную когда-то духовную связь Учителя и ученика.

Глаза Красного Феникса были полуприкрыты – в них отражалось страдание. Чуть заострившиеся скулы придавали нежному и юному лицу прежнюю строгость из прошлого. Чувствуя угрызения совести, Элиар решил не заканчивать ритуал. Благоговейно преклонив колени у ног наставника, кочевник терпеливо ждал, пока Учитель придет в себя и привыкнет к давлению наложенного вервия.

Поняв, что ученик его удовлетворен и не собирается продолжать, Элирий молча поднялся и, оправив тяжелые одежды, проследовал к заветному выходу. Оставаясь на некотором расстоянии, Элиар последовал за ним.

Внешние двери Красных покоев были не заперты, но Совершенный демонстративно остановился перед ними, ожидая. Элиар с готовностью распахнул створки и почтительно посторонился: его светлость мессир Элирий Лестер Лар вышел в ватную тишину коридора.

За дверями оказалась длинная галерея, ведущая в центральную часть храмового ансамбля. В былые годы Красный Феникс хорошо знал Янтарную цитадель, но все же замедлил шаг и позволил ученику идти первым, как приличествовало его нынешнему статусу. Так шли они по знакомым переходам, в молчании ступали под высокими стрельчатыми сводами. Под контролем вервия Элирию только и оставалось, что следовать за своим пленителем без надежды противостоять ему.

Вокруг было тихо, слишком тихо. Элирий отчетливо помнил лимонно-желтых канареек Бенну, что весело щебетали здесь в прежние времена. Красивые певчие птицы в высоких клетках. Адепты в гардениевых одеяниях хлопотливо сновали по своим делам, но сейчас – повсюду было пусто. Канареек давно не держали. И даже ярко-желтые пятна форзиции, обильно цветущей прежде, не попадались на глаза. Золотые облака мимозы также растаяли, растворились в течении дней.