Книга За что убивают Учителей, страница 93 – Наталья Корнева

Это впечатляло.

Современные трехмачтовые фрегаты Бенну были не слишком-то похожи на милые сердцу старинные галеоны Лианора – единственные корабли того времени, которые могли пересекать океан. С раннего детства Элирий всею душой любил море и большие, похожие на птиц парусники. Он помнил берега Лазоревых гаваней, белоснежные от ракушек. Перламутровые раковинки сияли на дне, хорошо различимые в прозрачной воде. Скопления ярко-зеленых водорослей и морской травы яркими пятнами колыхались в этой прозрачности. Покорившие воду и ветер, изящные птицы из дерева и парусины разворачивали широкие крылья и стремительно летели над волной.

Пока Элирий был мал, он еще не знал куда. Он еще не знал, что красивые крылатые корабли летят на войну. Обрушившись на Материк, они сотрясли сушу, как неистовый морской шторм.

Совсем ребенком Элирию нравились пасмурные дни и тяжелые облака цвета пепла. Танцующий с ветром дождь со всех сторон бросал холодные круглые капли: от воды почти невозможно было защититься зонтом из плотной промасленной бумаги. Дождь приносил с собой крохотные кусочки неба и моря. Капли текли по щекам, по шее, солоноватые от заветной близости океана, а сердце захлестывало дождем и головокружительным вкусом свободы, надолго остающемся на языке… горьким и терпким, как привкус едкой морской соли и йода.

Он еще не догадывался тогда, что появился на свет в самое несчастливое время, в эпоху Затмения, названную впоследствии Последними Днями Лианора; не подозревал, что священное солнце уже переродилось у них над головами, что они обречены. Солнце небожителей больше не было ласково к богоизбранному народу, не дарило благословений. Губительные лучи светила понемногу проникали в кровь, проходя сквозь одежды, проницая даже тяжелые стальные латы. Солнце Лианора затмилось и заставляло людей жестоко страдать от черного недуга; заставляло умирать в муках даже могучих мореходов, чей век намного длиннее века обычных смертных.

Надо сказать, усовершенствовалась не только конструкция кораблей. Элирий не смог удержаться от удивления и вновь порадовался, что лицо его скрыто маской. Раньше корабли не поднимались в воздух. Для такого, должно быть, требуется филигранное мастерство и умелое использование энергии солнца. Замечательное достижение! Длительные путешествия верхом никогда не доставляли Красному Фениксу удовольствия, в отличие от Второго ученика, который трепетно любил лошадей и держался в седле как молодой бог.

Ветер пел на вантах, резкие хлопки парусов напоминали щелканье бича. Ступив на палубу, Элирий внимательно огляделся и прошел вслед за волчонком в приготовленную для него каюту с большим панорамным окном.

Город внизу сверкал от солнца. Черные крыши, густо-медовые стены, на каждом шпиле – фигурный золотой флюгер… где традиционное солнце, где стрикс с острыми как ножи перьями, а где летящий дракон. Помимо воли Элирий задумался о драконе: как он оказался на изящных кованых фигурках флюгеров? Припоминая все, что память избирательно возвратила из прошлого, Красный Феникс не мог найти ничего, что связывало бы Бенну с этим древним символом.

Дракон – божественная сущность, вторая ипостась высших небожителей. Только самые могущественные жрецы могли принимать ее. В прежние времена такими были верховные жрецы храма Тысячи Солнц на Лианоре. Зверем души Ишерхэ также был дракон, но серебряный, а этот, на флюгерах, – зловещий, аспидно-черный, как клякса густой туши. Такой зверь души был у ее отца, темного бога Инайрэ… В какой-то момент Элирий почти зримо представил его: антрацитовая чешуя сияет, отливая золотистым зеркальным блеском, словно ночное солнце, длинные хищные когти переливаются яркими бликами… завораживающе и страшно.