Книга За что наказывают учеников, страница 115 – Наталья Корнева

Главное, остановиться вовремя, а это не так-то просто. Жажда его сильна, духовный ресурс велик — и сейчас абсолютно пуст. Возможно, за счет добровольной жертвы удастся заполнить его целиком… но что станет тогда с его бедным Яниэром?

От катастрофической потери энергии он почти наверняка не оправится… и погибнет, словно хрупкая зимняя бабочка, до срока проснувшаяся в тепле.

Элирий глубоко вздохнул и отнял руку, колоссальным усилием воли разрывая ментальный контакт. Сила цвета вновь потекла по меридианам, тело понемногу оттаивало, и Красный Феникс с облегчением перевел дух. Он получил достаточно.

Некоторое время Первый ученик оставался неподвижным, будто ожидал, что наставник передумает, а потом поднял на него взгляд, который стал, кажется, еще более прозрачным и ясным.

— Не нужно, — смягчив тон, сказал Красный Феникс. — Не искушай меня, душа моя.

Он был слаб. О небожители, никто не должен знать, насколько он был слаб — он мог и не пройти это сладкое искушение смирением. Почти невозможно отвергнуть дар, поднесенный от чистого сердца.

— Данные когда-то клятвы преданности требуют подтверждения, не так ли, ваша светлость? — ровным голосом заметил Яниэр.

— Все так, душа моя, — совершенно серьезно согласился Элирий. — И однажды у тебя уже была возможность подтвердить их.

Первый ученик помолчал немного. По непроницаемому лицу его снова ничего нельзя было прочесть.

— Учитель не принимает мою жертву? — тихо спросил он наконец. — Учитель не желает, чтобы я искупил вину и обрел душевный покой?

— Вина уже искуплена. — Красный Феникс аккуратно подцепил пальцами подбородок ученика, не давая тому опустить голову.

Там, в несбывшейся реальности, его светлость мессир Элирий Лестер Лар ощутил внезапно сильную тревогу при мысли, что его Первый ученик, возможно, убит. Как бы ни был он шокирован происходящими обеспокоен своей собственной судьбой, все же успел испугаться еще и за предавшего его Яниэра. Это краткое озарение помогло принять и переосмыслить многое в их отношениях.

— Возможно ли это…

— Я тебе ответил. Ты собрался спорить со мной?

— Нет… Конечно нет, ваша светлость.

Красный Феникс вздохнул и решил развернуть свою мысль:

— Разве я не обещал тебе прощение за помощь с путешествием в несбывшуюся реальность? И разве я не говорил еще прежде: что бы ты ни сделал, будешь прощен? Как мог ты усомниться в моем милосердии? Как мог ты вообразить, что способен совершить нечто такое, за что я буду не в состоянии тебя простить? Ты ведь мой ученик.

Глаза Яниэра расширились, будто перед ними вновь ярко вставали картины из давнего прошлого. Волнующие картины, от которых на бледных щеках затеплился приятный румянец.

— Я виноват, — от смущения горло Первого ученика пересохло и голос сделался чуть хриплым. Он почти перешел на шепот. — Мне не следовало подвергать сомнению однажды услышанное. Всем известно: каждое слово наместника небожителей немедленно облекается силой проклятия или благословения. Простите меня, Учитель.

— Я прощаю. Но не делай так больше, душа моя: ты нужен мне живым. Если бы я хотел убить тебя своими руками, то убил бы еще в Ангу.

О небожители, это было бы слишком: он не может лишиться сразу двоих своих учеников.

— Да, я знаю это, — улыбнулся Яниэр. — Каждый поступок Учителя имеет смысл, даже если он не ясен нам сразу.