Книга Под светом Суздаля, страница 54 – Тася Мишкина

– А я-то думал, ты только и мечтала попасть в шоу о беременных школьницах. Сутками же его смотрела! – продолжает прикалываться Паша, за что получает подзатыльник от любящей девушки. Ради этого ей, правда, приходится за ним побегать по полю с картошкой.

Не знаю, каким чудом мы вообще выбираемся с этого поля живыми. Но к концу сборки противных маленьких полосатиков мои щеки раскраснелись – и вовсе не от жары, а от Пашиных шуток. Если я думала, что у моего рыцаря шутки порой пробивают дно, то у этого уникума они порой находили несколько новых. Но мне давно не было так весело. В общем смехе мой терялся, и со временем я осмелилась хохотать в голос. Даже если кто-то что-то и слышал, то ни один из моих новых знакомых не подал и виду и не поднял меня на смех. Напротив, с каждой минутой градус веселья только рос, и ближе к концу дня я совсем расслабилась и стала шутить вместе со всеми.

– Эй, принцесса… – Матвей умывается и ополаскивает руки в чане, куда бабуля собирает дождевую воду для полива. Пашка с Аней уже пошли в дом помогать ей с ужином. – Рад, что вы подружились.

– Я тоже, – киваю я, прислонившись спиной к забору.

– Они мои самые близкие друзья. Нет, даже больше. Моя вторая семья. Я боялся, что вы не поладите, – признается он и переводит на меня сосредоточенный и отчего-то печальный взгляд. А потом улыбается. – Но все прошло хорошо. Нюта вообще от тебя в восторге.

Отлепляюсь от забора и подхожу к нему, сняв полотенце с крючка. Протягиваю ему.

– Почему ты боялся?

Голос дрожит. От его ответа слишком многое зависит. И мне страшно услышать любой. Но этот вопрос – как подброшенная в воздух монетка, на которой я загадала свою судьбу. Стоит ей упасть, как я, еще не подняв ее с земли, буду уверена в том, чего на самом деле хочу. Но пока она еще зависла в воздухе… Пока губы Матвея плотно сомкнуты, мне есть в чем сомневаться.

Но вот он вытираетлицо и теперь кажется мне еще более серьезным, чем несколько мгновений назад. Будто не мы с ним десять минут назад с диким хохотом бежали наперегонки босиком по траве, а какие-то другие Алиса и Матвей – те мы, из параллельной вселенной.

Заходящее солнце обжигает плечи и губы. Затянувшееся молчание пугает, но стоит его губам разомкнуться, как я уже понимаю – есть только один ответ, который я хочу услышать. Любые другие слова меня разочаруют.

– Ты мне нравишься, принцесса, – негромко, но уверенно произносит он, и я замираю.

Вот оно. То, чего я хотела. Сердце, ты там как? Бьешься? Потому что мне кажется, будто я не помню, как дышать.

– С первой встречи еще.

– Я же тогда вся изляпалась в сметане, – припоминаю я, поморщившись.

– И так мило ругалась, – улыбается он и касается ладонью моей щеки. – Алис, ничего не отвечай. Пожалуйста…

– Ты мне тоже нравишься, – хлопая ресницами, шепчу я наперекор. Еще никогда в жизни я с такой силой не предвкушала поцелуй, как сейчас. И его пальцы на моих щеках не просто намекают, кричат о том, что он хочет сделать это. Но Матвей отстраняется, и на его щеках появляются милые ямочки.

– Я рад. Но… Аль, давай не будем пока думать о большем, – просит он, и в его голосе я впервые за все время нашего общения слышу боль. С каждым новым словом привычные мягкие интонации становятся все более хриплыми и подавленными, будто ему кто-то перекрыл кислород. – Мне слишком тяжело отпускать близких людей. И… я бы хотел, чтобы прежде, чем переступить черту, мы оба были уверены в том, что делаем.