Книга Под светом Суздаля, страница 82 – Тася Мишкина

В памяти всплывают лица всех парней, с которыми Надя когда-либо общалась. Раньше мне казалось, это нормально: влюбляться, встречаться, получать подарки… В этом вроде как не было ничего такого. Кроме, разве что, того, что каждый раз, когда Надя получала желаемое, каждый из парней быстро исчезал из ее жизни. Буквально в течение месяца, максимум трех. Нам она говорила, что эти отношения изжили себя, что она выросла, поумнела или увидела какие-то красные флаги в поведении – но было ли это правдой? Сейчас, когда я сама влюблена, могу ли представить, что поступлю так с Матвеем? Долгие недели намеренно подсказывать ему, о чем так сильно мечтаю, чтобы после того, как долгожданное сокровище окажется в моих руках, бросить его?

Нет.

Никогда.

Холодными руками включаю сообщение и смотрю дальше. Лицо Саши, узкое, бледное и какое-то уставшее, кажется совсем маленьким. Почему девчонки сказали, что она пытается выглядеть как я? Волосы совершенно другого оттенка и отливают красным. Макияж, может, и напоминает мой, но ей идет, а уж стиль… Да кому какая разница, кто что носит? Взять хотя бы нас с Аней. У нас с ней теперь одинаковые сережки, и мы обе считаем, что это круто! Да и лучше уж такая одежда, чем ее извечные толстовки и помятый вид. Впервые за эти два года меня пронзает мысль, что Саша всего лишь пыталась казаться незаметной и не попадаться никому из нас на глаза. Что же заставило ее измениться?

– Таков ее стиль, Алис, – с горечью говорит Саша, и боль в ее голосе пронзает меня, заставляя вслушиваться в каждое слово. – Она с самого детства была такой. У родителей добивалась всего капризами, истериками и приступами. Друзей заводила примерно так же. Мы с Катей и Леной росли в одном подъезде и были близкими подругами, когда в наш дом переехала Надя. Как-то она вышла на улицу погулять и, когда никто долгое время не обращал на нее внимания первым и не подходил поздороваться, она разыграла любимую карту. Начала задыхаться. Мы с девчонками подоспели первыми и отвели ее к маме, где она успокоилась и начала дышать нормально.После этого она стала частью нашей компании. Долгое время я верила в то, что это реально, поддерживала ее и все такое, пока как-то раз не услышала разговор ее мамы с моей. Они какое-то время вместе работали и близко дружили, и тетя Оксана часто заходила к нам в гости, в общем… Алис, нет у нее никакой астмы, понимаешь? Это всегда была игра. – Она нервно смеется, и я внезапно замечаю, что в ее глазах блестят слезы. – Фикция. Родители десятки раз проверяли ее у самых разных врачей, но все разводили руками. Мол, это реакция на стресс такая, но с легкими все в порядке.

Замираю и сглатываю. То есть – как? Нет, не может быть! Это не может быть правдой… Невозможно так отыгрывать. Надя ведь буквально борется с приступами за каждый глоток воздуха. Каждый! Как Саша смеет говорить такое? Как может так нагло врать?

Но… что, если она не врет? Как сможет доказать? Подделает справку из больницы? Нет, глупости. Она просто хочет сбить меня с пути, только и всего. Рассчитывает, если я болею и, возможно, согласна с тем, что Надя пользуется кем-то, то я вот так легко поверю в этот бред? Мама сказала. Как же!

Но новое сообщение включается раньше, чем я успеваю его остановить.