Книга До встречи в метро, страница 33 – Евгения Кловер

– Зря Вы дали мне это, – он кивнул на сжатые пальцы. – Не понимаю ничего. Я не знаю жестовый язык, никогда не изучал и даже не интересовался им.

– Зачастую люди говорят, но не слышат друг друга. Слова – очень тонкие и опасные конструкции. Они могут быть иллюзиями и играть с нами. Жесты способны донести то, чего слова не могут. Жестовому языку не важно, на каком расстоянии находятся собеседники. Они сопровождаются голосом тела, а оно обмануть не может. – Галина Сергеевна говорила мягко, направив взгляд в сторону своей актрисы. – Не обязательно учить язык жестов, куда важнее просто видеть.

– Почему же Вы сами со мной общаетесь этими самыми словами-иллюзиями?! – не удержался и резко шепнул Камиль. Он устал играть в кошки-мышки с этой женщиной. Хотелось прямолинейности, а то, что ему хотят что-то сказать, было очевидным. Соловьева вновь засмеялась.

– Ты – хороший мальчик, но непростой, предчувствие редко меня подводит. И находишься здесь из-за любопытства. Это чувство проходящее. Хочешь прямоты? Я это ценю и лукавить не собираюсь. Оля Мальцева в поисках тропинки и правильного Серого Волка, и если ты – не тот, кто ей нужен, не тот, кто выведет ее из лесной чащи, то утолив здесь сейчас любопытство, пройди мимо. Но если ты услышал то, что хотела донести Оля, тогда…

– Я, – Кам перебил ее, но сам запнулся. Он не захотел услышать законченную фразу из уст Галины Сергеевны. Оттого ли что слова весят намного больше, чем кажется на первый взгляд?

– Да? – Галина Сергеевна обернулась к нему и выжидающе уставилась.

– Учту, – наконец выдавил Валеев из себя. Еще ни разу он не знакомился с родителями девушек, с которыми имел непродолжительные связи, это было ни к чему. И сейчас Камиль в полной мере осознал, почему чувствовал себя рядом с Галиной Сергеевной не в своей тарелке. Он будто бы с будущей тещей общался, которая дает свои наставления – и либо благословит, либо огреет по голове сковородой.Эта мысль ощущалась как кислая конфета, от которой сводит зубы.– Но Вы зря переживаете. Мы с Олей Мальцевой не встречаемся. Как я сказал, просто знакомые. Оставьте предостережения для другого парня.

Соловьева примирительно склонила голову. Больше она не произнесла ни слова. Действие на сцене вот-вот должно было подойти к завершающей точке. Оля склонилась над корзинкой Красной Шапочки, чтобы подобрать ее и продолжить путь через лесную чащу дальше. Барабаны вновь отбивали тихий ритм, движения девушки становились все медленнее и плавнее.

– Я пойду. Подожду Олю на улице. Спасибо, что позволили побывать на репетиции. Для меня это новый опыт.

– Жаль, что ты не хочешь дождаться тут, – Галина Сергеевна на прощание поймала ладонь парня и едва заметно сжала. – Если все же ты понял, что я имела в виду, то репетиции проходят по выходным в это же время и несколько раз на неделе – в понедельник и среду утром, а во вторник и четверг после шести. Двери нашего театра всегда открыты.

Камиль кивнул, встал и вышел из зала. На улице он прислонился спиной к стене и чуть запрокинул голову к небу. Увиденное на сцене до сих пор будоражило что-то внутри, как если бы до этого он проделал несколько мертвых петель на американских горках. Во время танца Оля была самой красивой девушкой, которую он когда либо встречал. Она отдавала всю себя без остатка игре, сцене и роли девочки в красном чепчике. Откуда столько чувственности в той, которая не слышит окружающего мира?!