Онлайн книга «Хрустальные осколки»
|
Долгожданная ванна встретила замученного путешествием и воспоминаниями путника обжигающим паром и ароматическими свечами. Эни смысл с кожи прилипшие водоросли и проступки прошлого. Мысли кружились в вальсе. «Я больше никогда не обижу тебя, мой дорогой Окто. Никто не обидит тебя… Но как мне теперь тебя называть? И простишь ли ты меня?» – вздыхал Эни, обтираясь полотенцем. Нет. Не простит. Эни бы не простил. Октавиан чудом выжил, но только телом. Предательство изуродовало его прекрасную душу до неузнаваемости, сотворив эгоцентричное и лживое чудовище – Маттиаса. Он груб, своенравен и одинок. Он не простит Эни. Предатель заслужил презрение. Но Маттиас сдерживался, не применяя к нему силу. Даже будучи глубоко обиженной, его душа не потеряла величия. Эни стало по-настоящему стыдно и горько. И горечь вылились строками сожаления: – Мой друг и враг, мой господин, В ночи мерцающий рубин. Твоей оправой мог я стать, Но лишь сумел тебя предать. Позволь служить, как в первый раз, Гореть от гнева ярких глаз. Дрожать от холода речей, Плыть призраком минувших дней, Молиться за судьбу твою, Я здесь и пред тобой стою… Лен кольнул влажную кожу. Капли с волос скатывались по груди черными жемчужинами. Эни завязал халат и переложил бутоны в карманы. Подаренный костюм тоже забрал – постирает, и будет как новенький. Оставался последний штрих – зеркало. Хоть какое-то зеркало во весь рост должно иметься в таком презентабельном гостевом доме. К счастью, Эни не встретил в коридоре разгульных посетителей особняка. Тишина благоволила успешному возвращению в замок. Одинокое зеркало в позолоченной ажурной раме терпеливо ждало принца. Эни вынул именной клинок из ножен и провел острием по ладони. Кровь потекла из пореза багряными слезами. Путешественник рисовал необходимые символы, предвкушая судьбоносную встречу. И глянцевая поверхность засияла алым. – Я все исправлю и верну нашу дружбу, мой дорогой Окто, – подбодрил себя Эни и уверенно шагнул в портал. Глава 16 Преданный Кабинет Маттиаса встретил Эни пустотой. Благовония осыпались горсткой пепла, а идеально ровные стопки бумаг посветлели от пыли. Казалось, Эни отсутствовал в замке целую неделю, как и чистота на столе из вишневого дерева. До тошноты педантичный Маттиас не пропустил бы и пылинки на рабочем месте. Эни предполагал, Его Темнейшеству все еще нездоровится, потому и кабинет выглядел заброшенным. Он спрятал клинок под ковер, а шелковый костюм оставил на диване и направился к покоям бывшего господина. Сердце дрожало, как и руки. «Как мне смотреть ему в глаза после всего?» – качал головой Эни. Он глубоко выдохнул и робко постучал в дверь, но ответила лишь тишина. И тогда Эни зашел в королевскую опочивальню и замер на месте. Маттиас сидел на кровати иссохший, как тростник. Шелковый халат сполз с плеча, демонстрируя пугающую худобу. Лукиан в бывшей форме Эни увлеченно красил Маттиаса. Заметив друга, принц отвлекся от дяди и ухмыльнулся: – Хах, я же говорил, что он вернется, а ты переживал, – рубиновые глаза игриво блеснули. – Что, Эни, нагулялся? – А я не гулял. Я общался с вашими предками, – отрезал Эни, не сделав и шага вперед. От волнения ноги словно прилипли к каменному полу. – Замечательно, – похвалил Лу, старательно водя кистью по усталому лицу. – Проходи, чего стоишь! Помогать будешь. |