Книга Хрустальные осколки, страница 168 – Кристина Шрайфер

Чиновники – низкорослые огненосцы в одеяниях чуть пышнее, чем у королевского слуги, не заставили себя ждать. Они низко кланялись и рассыпались в похвалах Его Темнейшеству. Маттиас сидел неподвижно, как кукла. Молчаливо приняв поток приторно-сладкой лести, он грациозно взмахнул рукой и приказал племяннику забрать стопки бумаг высотой в половину его роста. Эни же не отходил от Маттиаса ни на шаг. Пальцы скользили по глянцевому подлокотнику. Как же хотелось, чтоб служащие скорее отвесили прощальные поклоны и покинули замок. И Эни не пришлось долго ждать. Чиновники поспешили к выходу после передачи отчетов королевскому слуге. Стоило подчиненным испариться из тронного зала, как Маттиас отдал очередной приказ племяннику:

– Поднимись и разбери их.

Лу не сильно обрадовался навалившимся обязанностям и возмутился:

– Почему я? Я же не твой слуга!

– Поднимись и разбери отчеты, – повторил Маттиас. Голос скрипел от строгости.

– Но, Ти, мы же договаривались… – упрямился Лу, как дядя перебил его:

– Я сказал, сделай! Хватит уже убегать от долга! Займись делом!

Лу разочарованно закатил глаза:

– Да понял я, ладно!

Маттиас покачал головой и снял маску. Та выскользнула из ладони и со звоном упала на пол. Эни наклонился поднять маску, но Маттиас одернул его, тяжело дыша:

– Не нужна она мне.

Пухлые губы пугали бледностью, а глаза напоминали два сверкающих обсидиана. Тревога ускоряла биение сердца и принятие решения.

– Нам надо поговорить! – вырвалось одновременно у обоих. Эни не стал терять ни минуты и вывел под руку Маттиаса из тронного зала.

«Я должен рассказать ему, я должен показать ему…»

Отходить далеко от замка было рискованно, но ноги сами вели к цветущему терновнику. Белоснежные лепестки манили красотой других миров, полных жизни. Маттиас завороженно остановился у сияющего кустарника, и темные глаза расширились от детского восторга. Он пытался коснуться хрупких бутонов, но слабость не позволяла. Эни потянулся к ним, чтобы сорвать для него.

– Не надо, – остановил его Маттиас, – не рви терновник. Пусть цветет.

Эни послушался. Цветущий куст служил памятью о предках Малиях, и Маттиас намеревался сохранить его.

Блеск в темных глазах исчез, уступая глубокой грусти. Маттиас вздохнул и обратился к Эни:

– Я признателен тебе. Теперь можешь возвращаться к матери, она ждет тебя под Мостом судеб в Мире заблудших душ.

«Мама», – от одной мысли кольнуло в груди. Но Эни знал, что не оставит Маттиаса, пока тот не поправится. Сам же Его Темнейшество покачивался, как ветка на ветру. Эни повел его к ближайшей лавочке. Усадив Маттиаса на кованую скамью, слуга наклонился к золотым туфлям-копытам.

– Прекрати мне прислуживать, ты мне больше не раб! – возмутился Маттиас. Пальцы тянулись к металлической застежке. Эни поймал его на слове:

– А кто я для вас, господин?

– Об этом я и хотел поговорить! – прорычал Маттиас.

– Вашим ногам сейчас нужен отдых, – улыбнулся Эни, освободив королевские стопы от обуви.

Маттиас напрягся, опустив пятки на пушистый блеклый газон, и продолжил:

– Ты не раб! И никогда им не был. Ты царской крови, Высшей крови, как и твой брат. И ваш влиятельный дядя Его Святейшество Ансиэль был, мягко говоря, недоволен, когда узнал, куда его племянника направил Совет, а точнее, советник, и попросил меня позаботиться о тебе в течение семи дней. Столько времени хватило бы, чтобы восстановить силы и вернуться к своей влиятельной стае. Да, именно советник и представляет для тебя угрозу, а не директор – он бесхребетный тупица. Вот только ты свалился на мои плечи совсем не вовремя!