Книга Книга монстров, страница 127 – Даниэль Брэйн, Энни Мо

И что вот тут ответить? Ну и дура же я…

— А теперь давай о другом. Заранее прошу прощения за эту тему, но мне не дает покоя. Если ты хочешь снять браслет… я могу помочь, Дайан. Обещаю не пользоваться этим знанием в недобрых целях, правда. Веришь мне? — И посмотрел так, что я поверила вопреки всему.

Ярко тлели угли в очаге, варился кофе, а я неподвижно сидела, чувствуя, как под холодной рукой Аттикуса щиплет кожу. Ситуация была неловкой.

— Я… если ты можешь… Я очень хочу. Даже не знаю его, этого мальчишку. И я спрашивала Гуса, но он испугался, сказал, что не справится, ведь даже Самуэль не смог.

— Гус хороший друг, — грустно улыбнулся Аттикус, почему-то не удивившись. — И он сказал правду. Ни Самуэль, ни он. Но я могу.

Я осторожно потянула руку. Так все просто, надо только ответить «да», и я уже, облизав губы, открыла рот, как кто-то постучал в деревянную крепкую дверь, и Аттикус сразу изменился в лице.

— Будь здесь, Дайан, — поднимаясь, приказал он очень сурово, — и что бы ни случилось, не выходи.

Глава сорок вторая

Я и не собиралась никуда выходить, в конце концов, это были дела Теней, а я и так влезла в них по самую маковку и дальше была не намерена. Может, пришли сообщить, что там с убийством Виктории, и я решила, что узнаю все позже, и подвинулась ближе к огню, стремясь прогнать из тела дрожь. Аттикус вышел за дверь, я осталась одна.

За окном наливался невидимый пока еще рассвет, и как всегда в это время суток реальность казалась зыбкой и расплывчатой, распадаласьна кусочки и снова складывалась, скрепленная кучей бессмысленных фраз и образов.

Я помотала головой, прогоняя сон, и уставилась на огонь.

— Дурак бы я был, если бы стал тебя искать где-то еще.

Гус! Я дернулась, словно в меня попали сотни ловушек. Гус определенно живой и, возможно, здоровый, а еще, кажется, невероятно злой. Я никогда не слышала у него такой голос — полный ненависти, дрожащий, и Аттикус ничего не отвечал. Я застыла. Гус! Зачем он пришел сюда?

Но Гус был не тем человеком, который способен причинить кому-то зло. У него была тысяча поводов оторвать голову лично мне, и хотя я понимала, что он опять же этого делать не станет… А за дверью было тихо. Тихо?

Тихо? Холод, отогнанный испугом и беспокойством, почувствовал слабину и вернулся, обнимая тонкими ледяными щупальцами. Он назывался «чувство вины».

С чего я взяла, что Гус не способен?..

Я поймала себя на том, что уже стою возле двери, прислушиваясь. Ни звука, ни шороха. Что это было? Гус… убил Аттикуса и ушел? Можно ли убить Тень? Наверное, да, если убийца — тоже Тень.

Сердце колотилось где-то в животе, трепыхаясь колкой льдинкой. Нет, нет-нет-нет.

Я приоткрыла дверь, осторожно просунула голову и заставила себя осмотреться. Тела нет, и насколько я вижу, крови нет. Выходит, они оба ушли? Что же это, Гус подозревает, что Аттикус причастен к смерти Виктории? Ему что за дело, или — что я, собственно, знаю о нем?

Тишь, может, мне просто пора бежать? Не к Самуэлю, а из Фристады?

В глубине дома что-то упало, а потом продолжительно звякнуло, будто разлетелось окно, и это было единственным звуком. Я не знала, смогу ли я скрыться, обычно я отлеживалась пару дней после превращения, но сейчас… сейчас медлить было нельзя.

Я метнулась в комнату, выискивая взглядом хоть что-то, похожее на оружие. У меня было оружие, но Аттикус вместе с сумкой забыл его в подземельях, и что я знала точно — я за ним никогда не вернусь. Кухонный нож должен был подойти, если что.