Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 19 – Мира Влади

– Не лги мне, старуха, – прорычал я, шагнув к ней так близко, что она невольно попятилась. – Я чувствую ее запах. Ее магию. Она была здесь. Где она?

Лисса опустила голову, ее плечи поникли.

– Она была здесь, Ваше Величество, – тихо ответила она, ее голос был почти шепотом. – Прибежала ночью, вся напуганная, в лохмотьях. Я отогрела ее, накормила, но на рассвете она встала, взяла сверток с едой и ушла. Сказала, что не может остаться.

– Куда? – требовательно спросил я.

– Она не сказала, – ответила Лисса, поднимая глаза. В них была смесь усталости и искренности. – Боялась, наверное, что я расскажу. Или сама до конца не решила. Но ушла в сторону гор, к перевалу. Больше я ничего не знаю.

Я зарычал, чувствуя, как дракон внутри меня рвется на свободу. Ее слова могли быть правдой, но я не верил ни единому из них. Она защищала свою внучку, эту дерзкую девчонку, которая посмела бросить мне вызов. Я шагнул к двери, но в нос снова ударил этот проклятый волчий запах – резкий, звериный, от которого моя магия вспыхнула ярче. Я резко развернулся, мои глаза сузились, глядя на Лиссу.

– Как давно здесь волки? – рявкнул я, мой голос был пропитан презрением. – И почему ты, живущая на моих землях, не доложила об этом в замок? Как посмела утаить, что эти твари бродят под моим носом?

– Ваше Величество, – начала она, ее тон был мягким, но в нем чувствовалась сталь. – Волки здесь уже два года, с тех пор, как магия леса начала меняться из-за войны с Ледяными Драконами. Они не чужаки, а хранители этих мест, связанные с духами деревьев и зверей. Они пришли, когда равновесие пошатнулось, и остались, чтобы защищать лес от темных тварей, что выползают из разломов. – Она сделала паузу, ее глаза внимательно следили за мной, словно взвешивая, как далеко можно зайти. –Я не доложила в замок, потому что они не трогают людей, если их не провоцировать. Они держат разбойников и чудовищ подальше от деревни. Разве это не на пользу империи?

Я стиснул зубы, чувствуя, как гнев закипает сильнее. Ее слова были гладкими, как река, но я видел, как она недоговаривает или что-то скрывает.

– Не играй со мной, старуха, – утробно пророкотал я, шагнув ближе. – Ты знала, что на моих землях завелись оборотни, и молчала. Это измена.

Лисса не отступила, хотя ее лицо побледнело. Она подняла подбородок, и в ее взгляде мелькнула тень упрямства, которое я уже видел в глазах ее внучки.

– Измена, Ваше Величество? – переспросила она, ее голос стал чуть резче. – Я всего лишь знахарка, живущая в глуши. Я лечила их раны, когда они пришли, помогала им прижиться, чтобы они не тревожили деревню. Они уважают меня, а я – их. Разве это преступление – держать мир в лесу, который и без того полон опасностей? – Она замолчала, ее глаза прищурились, и она добавила тише: – Или вы, император, хотите, чтобы я доносила на каждый шорох в чаще? Тогда вам пришлось бы отправить сюда половину вашей стражи.

Эта старуха была хитрой, как лиса, и ее слова, хоть и звучали разумно, только разжигали мой гнев. Она защищала не только свою внучку, но и этих проклятых волков, которые посмели обосноваться на моих землях без моего ведома.

Но сейчас было не до этого. С волками могут и мои подручные разобраться. Не самому же мне с ними возиться.

Нужно было торопиться. Время уходило, и каждая минута, проведенная здесь, отдаляла меня от Элины.