Книга Теодоро и Маруся. Зеркало колдуна, страница 2 – Наталья Юрай

И сейчас Маша ехала в Калиновск зализывать кровоточащие сердечные раны и неудовлетворённость карьерой. Колесики чемодана подпрыгивали на неровностях дороги, грозя отломиться, но молодая женщина упрямо двигалась вперёд, получая от преодоления трудностей странное удовольствие.

— Эй, девушка, давайте подвезу! Вам куда? — молодой мужчина с приятной внешностью чуть нагнулся в Машину сторону с водительского сиденья белоснежного паркетника.

— Спасибо, я сама!

— Да вы не бойтесь, я не маньяк! Я в Калиновск еду, дом там строю. Если нам по пути, то садитесь, пожалуйста! В сон клонит, сил нет, а так хоть поболтаю с живым человеком. Ну?

— Ладно. Вас как звать?

— Коля. Николай! — сообщил молодой человек, выскакивая на дорогу и подхватывая Машин чемодан. — Доставлю в лучшем виде!

* * *

Слуги возились во дворе, переговаривались, беззлобно переругивались, смеялись. Хмурый рассвет обещал непогоду, но и без того Теодо́ро мучили тревожные предчувствия. Люци́я легко запрыгнула на стол, с него на каменный подоконник и потерлась о руку хозяина, успокаивая.

— Знаю, что это ловушка. Они хотят привязать меня к правящему клану, но становиться зятем верховного мага я не хочу. Но кто меня спросит, ты права…

Кошка поставила передние лапки на неровное оконное стекло, разглядывая людей во дворе.

— Да, гости уезжают, Люци́я. Наконец-то установится тишина в моем доме! — погладив любимицу по голове, Теодоро вздохнул устало, словно было не утро, а вечер трудного, наполненного заботами дня. — И прошу тебя, не царапай больше Асу́нту, имей к ней уважение! Я ведь не гоняю твоих котов!

Люция повернула голову, всматриваясь в лицо человека, которого обожала всем своим кошачьим сердцем и делить ни с кем не желала.

— Мне придётся взять в жёны Мире́ну, иначе они не оставят нас в покое. Если судитьнепредвзято, то она красива, умна и не стремится верховодить. После свадьбы я отвезу её в родительский дом, а мы с тобой останемся тут и будем продолжать жить как жили, — де Кари́лья отошёл от окна и опустился в любимое кресло. — Жаль, что нельзя никуда сбежать. Я совсем запутался, Люция! Что мне делать? Что?

На противоположной от кресла стене висело или, точнее, высилось от пола до потолка потускневшее от времени большое зеркало в роскошной золочёной раме. По его серебристой глади раскиданы были темные пятна подпорченной амальгамы, выдающие почтенный возраст сего предмета. Кошка проследила за взглядом хозяина и протестующе замяукала. Он прекрасно знала, чем кончаются для него путешествия в зазеркалье.

— Не бойся, у меня больше нет сил испытывать судьбу. Старею, Люция! Отныне я буду только смотреть, и шагу не сделаю вперёд. Только смотреть! Должно же у меня остаться хоть что-нибудь для развлечения, м-м?

Со стуком распахнулись массивные двери, и в кабинет, распространяя вокруг себя легкий аромат лилий, стремительно влетела молодая женщина в дорогом платье, расшитом серебряным позументом по лифу и подолу. Не здороваясь, она уселась на колени Теодоро и порывисто его поцеловала.

— Я еле дождалась, когда они уберутся из твоего дома, Тео! — гостья поправила светло-русые локоны и ослепительно улыбнулась, обняв де Карилью за шею. — Никому тебя не отдам, запомни! Зарежу эту несносную Мирену, клянусь! Идём же скорее в постель, у меня сводит скулы от желания зацеловать тебя всего!