Книга Теодоро и Маруся. Зеркало колдуна, страница 65 – Наталья Юрай

— Я не могу поехать, Мануэль! — девушка рассматривала лицо сероглазого блондина, будто его выражение могло ей подсказать правильное решение. — Король казнил верховного мага, его жену, теперь может настать очередь Теодоро. Мне рассказывали, что путь от королевской темницы до площади идет по нескольким улицам, и я не хочу, чтобы последние минуты жизни он провел без поддержки, без знакомых лиц. Мне нужно с ним попрощаться, когда… когда…

— Мария! — большая теплая рука накрыла холодные женские пальцы, и Маруся вдруг поняла, что Мануэль никогда причинит ей зла. — Людовиго не убьёт Тео! Ему нужен послушный пёс, но наш король ещё не понял, с кем связался! Теодоро выстоял перед натиском темного братства, устоял перед соблазном черного всевластия, не сдастся и сейчас!

— Легко рассуждать, когда сидишь у теплого очага и лакомишься вкусным мяском! — ответила Маша резко и громко, понимая, что обижает друга,но не сумев сдержаться. — В холоде темницы все кажется совсем другим! И почему он не отвечает? Почему⁈ Мы же передали ему угольные палочки и бумагу! Почему он молчит, Мануэль⁈

— Ну, он же успел предупредить, чтобы мы больше не присылали кошку! Значит, есть какая-то опасность. Должно быть, за ним пристально следят, сеньора Мария, и Тео счёл за лучшее не рисковать.

Но Маша уже не могла остановиться, ибо горечь плескалась в горле:

— Вы обещали! Обещали поговорить с королём! Но вместо этого целыми днями сидите в этом доме и беспечно болтаете! А Тео… Тео один, ему холодно и голодно, и страшно!

Люция повернулась к окошку, уткнувшись носиком в мутное холодное стекло, руки Эстефании замерли над ящиком буфетного шкафа, куда она складывала серебро, один Мануэль смотрел в лицо девушки, и Маша знала, что он сейчас видел — заплаканные глаза и залегшие под ними синеватые тени, следствие бессонных ночей. Выглядела она ужасно.

— Несправедливое обвинение, — тепло улыбнулся Мануэль. — Если бы вы только знали…

Но Мария не стала слушать и выскочила из кухни, однако за дверью прижалась спиной к двери и невольно подслушала разговор, от которого стало еще больнее.

— Где я допускаю ошибку? — обратился Баррейро к домоправительнице.

— Сдается мне, сеньор, что эта молодая женщина сильно напугана. Страх и любовь бушуют в её сердце. И да смиловиститсянебо над нею, ведь даже если господин вернется, боль Марии не утихнет, и тому есть причина.

— Думаете, она сильно любит Тео?

Маша затаила дыхание.

— Вам ли спрашивать меня об этом. У сеньоры все написано на лице, — ответила донья Эстефания.

* * *

Почесав заросший подбородок, Теодоро приподнял веки — его новый товарищ по несчастью спокойно дремал. Этот узник не выглядел несчастным или испуганным, он словно нес службу. Не очень приятную, полную лишений, но хорошо оплачиваемую. Выходит, Людовиго зачем-то прислал соглядатая. Неужели боится, что магия де Карильи сможет пробиться сквозь охранные чары?

Друзья прислали ему несколько золотых монет, рубин, бумагу и уголь, а еще немного драгоценной соли. Тео помимо воли улыбнулся: Мария, женщина с вечным именем, ждёт дома, так есть ли силы, что способны удержать его вдали от неё?

С заметным трудом поднявшись на ноги, маг потянулся и сделал несколько фехтовальныхвыпадов. Он слабел с каждым днем, лишенный свободы движения и солнечного света, но тело должно быть готово в любой момент совершить рывок к свободе.