Книга Неуловимая невеста лорда и канцлера, страница 39 – Таша Тонева

А я осталась совсем без идей. Без сил бороться.

Одна отчаянная мысль крутилась в голове: а что, если он узнает? Если я скажу, что невинность потеряна?

Разве он, такой высокомерный и жаждущий чистоты лорд, захочет брака тогда?

Возможно, публичный скандал заставит его отступить. Но признаться в этом… Даже представить, как произносить свое признание перед отцом, перед матерью, перед этим холодным стариком-магом…

Горло сжималось от удушья. Это был настоящий прыжок в бездну. И я не была уверена, что мне хватит смелости его совершить сегодня.

Раннелла, конечно, не сдавалась. После встречи с Риком она оттащила меня в укромный уголок, её глаза горели прежней решимостью, не сломленной нашим провалом.

— Рик облажался, — сказала она спокойно, — но это даёт нам информацию. Драконья магия. Сложная, родовая. Значит, твои… — она запнулась, подбирая слово, — …ночные кавалеры не простые придворные. Они высокого статуса. Узнать их имена по описанию и личным именам — вопрос времени.

Я только мотнула головой, не в силах обсуждать это. Но Рани упрямо продолжала:

— Я все выясню, а пока нужно подумать, как отвадить Храминга. Есть вариант с имитацией болезни. Или…

Она продолжала говорить, строя планы, но её слова доносились как сквозь толстое стекло. Во мне жила только тяжёлая, свинцовая уверенность: никакая имитация болезни не остановит человека, который уже заплатил за товар и жаждет его получить. Особенно если товар — редкий магический дар.

Я опустила руки, спрятав их в складках платья. На улице смеркалось. Скоро придётся спускаться в столовую. Надевать маску послушной дочери. Смотреть в глаза человеку, который считалменя своей собственностью, в то время как на мне, пусть и невидимо, горели знаки двух других мужчин.

Я услышала стук входной двери. Вставая с кровати, поймала своё отражение в зеркале.

Бледное лицо, огромные глаза с тёмными кругами. Настоящая затравленная мышь. Мать, как всегда, оказалась права. Но и мышь могла укусить очень больно, если ее загнали в угол.

Осталось только решить, буду ли я покорной мышью, которую продали и ведут на убой или все же буду бороться?

Ужин проходил в той же гнетущей, натянутой атмосфере, что и в прошлый раз.

Вилка скользила в моих непослушных пальцах, еда казалась безвкусной. Я чувствовала на себе тяжелый, изучающий взгляд Храминга, как будто он рассматривал не меня, а интересный экземпляр в своей коллекции.

— Вы сегодня выглядите особенно бледной, моя дорогая Эльга, — со странной заботливостью в голосе произнес он, отставив бокал. — Беспокоитесь о будущем? Не стоит. Я позабочусь о том, чтобы все ваши потребности были удовлетворены. Более того, я приготовил для вас небольшой подарок, чтобы развеять ваши тревоги.

Он сделал почти незаметный жест рукой, и его слуга, стоявший у стены, шагнул вперед с небольшой шкатулкой в руках. Но лорд Храминг открыл ее и достал тонкую, изящную свечу цвета слоновой кости, испещренную мелкими, едва заметными рунами.

— Волшебный крепкий сон необходим всем, — обратился он уже к моей матери, протягивая ей свечу. — Пусть ваша дочь зажжет ее сегодня в своей спальне. Она прогонит дурные мысли и подарит правильные сны. Ведь излишнее волнение губительно для молодости и красоты, не так ли?

Мать вспыхнула от подобного внимания, принимая свечу с почтительным, благоговейным кивком.