Книга Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная, страница 12 – Любовь Песцова

Сейчас куда как хуже стало.

Фантазия у меня была замечательная, совесть не мучила, поэтому издевалась я над благоверным и его любовницей в своё удовольствие. Так, что пришлось «корзиночке» приходящую прислугу нанимать. А что ещё делать?

Ни одно блюдо, побывавшее в моих руках, не дошло до адресата в съедобном состоянии. А после того как я убиралась в какой-нибудь комнате, та начинала выглядеть как будто здесь ураган прошёл.

Ну заперли меня в комнате раз. Ну два. А толку, если потом всё по новой идёт?

Ему бы отослать меня в дальнее поместье, да нет его. Род Кальдер такими богатствами не обладал. Прибить меня и закопать под ближайшимкустом у «корзиночки» тестикул не хватало. Так что положение у него было невыгодное.

А ещё я делала ставку на то, что передо мной не взрослый человек, а большой ребёнок. От маменьки не сепарировался вовремя, вот и выросло непонятно что. Женился по необходимости, нехотя, а потом всю дорогу ныл и плакался, что заставили. Если поднажать, может на эмоциях возжелать долгожданной свободы.

В общем, мне понадобилось две недели, чтобы довести благоверного и его ненаглядную до такого состояния, что у тех глаз начинал дёргаться при звуке шагов. Причём синхронно.

И о чудо, развод оказался не такой уж и плохой идеей! Оформили быстро, практически одним днём. Хотя вообще-то не должны были, но Сирил постарался. Наверное, кому-то взятку дал.

Что ж, ни разу мне подарков не дарил, пусть хоть так потратится.

Вещи свои я собрала заранее, а ещё выгребла деньги из ящика на кухне, в котором хранились финансы на текущие расходы. Ничего, не обеднеют. Сколько лет за мой счёт жили! Жаль было только кухарку, на которую могут повестить недостачу.

Но, во-первых, денег было не так уж и много — меньше её месячного жалования. А во-вторых, не слишком-то и жаль её было. Она ни разу на защиту девочки не попыталась встать. И даже словом ласковым не утешила.

В общем, через две с половиной недели после того, как свекровь уехала в свой неожиданный отпуск, я вышла в реальный мир с небольшим чемоданом, минимальным количеством денег, свидетельством о разводе и широкой улыбкой.

— Ты ещё приползёшь назад, — пренебрежительно бросил теперь уже бывший супруг.

— Умирать буду — не вернусь, — пообещала я немного пафосно, но от души.

— Посмотрим, — усмехнулся Сирил. — Как ты будешь выживать одна? Мамы с папой больше нет. Защитить тебя некому.

— А, так ты из себя защитника решил строить? Не поздно ли?

— Раньше просто ныла, а сейчас ещё и огрызаешься? Знаешь, я тут подумал, что даже если приползёшь ко мне на коленях и станешь умолять, всё равно не приму. Правильно мама о тебе говорит: «купчиха». Даже брак с аристократом не смог исправить твоих мерзких манер.

— Да и слава мирозданию! От вас манер нахвататься — страшнее, чем вшей подцепить.

«Корзиночка» скривился. Видимо, упоминание насекомых тоже считается неприличным. А вот менять любовниц как перчатки — очень прилично.

Фыркнув напоследок, я вышла из здания суда.

Но в чём-то Сирил был прав. Я понимала, почему Вивьен даже подумать не могла о том, чтобы уйти из этой адской семейки. Она была совершенно не приспособлена к реальной жизни. К тому же не знала, что на её содержание продолжают выделяться деньги.

Но я — не она.

И пока развод планировала, я не только «корзиночку» доставала. Я ещё активно изучала мир, в котором очутилась. В основном через записи, что оставила мне Вивьен. Но ещё и через другие книги, которые я нашла в библиотеке.