Книга Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная, страница 69 – Любовь Песцова

— И не стыдно тебе, мерзавка?!

Увидев бывшую свекровь на своём пороге, я мило улыбнулась и полезла под прилавок. Давно заготовила эту табличку, но не было возможности показать.

— И не стыдно тебе, мерзавка?!

Я не поняла, почему мне должно быть стыдно. Но ладно, пытаться понять логику маман — заранее провальный квест. Это нужно как минимум несколько психических расстройств иметь.

— Мало того что ты воровка, так ещё и шалава каких поискать! Весь город говорит, что к твоей лавке теперь приличные женщины боятся подходить! Из-за тебя пятно позора легло на всех, кто с тобой связан. На меня, на нашу семью! Ты всегда была эгоисткой, думала только о себе.

Найдя нужную табличку, на которой крупными буквами было написано: «Администрация оставляет за собой право отказывать в обслуживании», я поставила её прямо перед экс-свекровью, указав на надпись.

Прочитав, маман побагровела.

— Ах так! Думаешь, сможешь меня выгнать из своего притона? На каком основании?

Я молча перевернула табличку другой стороной, на которой надпись была сделана уже более мелкими буквами: «Отказ в обслуживании может быть вызван фазой луны, несварением у соседского кота или внезапным осознанием бренности бытия. Со всеми вопросами — к вселенной».

Ирма задохнулась от возмущения. Удивительно. Чтобы эта дама лишилась дара речи, нужно очень сильно постараться. Я решила записать это в свои личные победы.

— Да как ты смеешь?! Я никуда отсюда не уйду, пока все не узнают, какая ты неблагодарная дрянь!

Посетители отошли на пару шагов, но покидать кофейню не спешили. Напротив, кто-то уселся с комфортом, потягивая свой напиток. Кто-то делал вид, что считает мелочь в карманах, чтобы задержаться подольше.

Создавалось ощущение, что зрителям не хватает только поп-корна. Кстати, интересно, а кукуруза в этом мире есть? На рынке я её не видела…

— Вот что бывает, когда впускаешь в свой дом бессовестную девку! — Продолжала сокрушаться свекровь. — Сколько добра тебе сделали, а ты так отплатила?

Вообще, изначально я не собиралась вступать с ней в дискуссию. Но услышав про добро, не смогла молчать.

— О каком именно добре вы говорите? О том, когда забирали деньги, которые родители оставили на моё содержание? О том, что продали дом моих родителей, забрав всю сумму себе? О том, что превратили меняв прислугу? Или о том, как отказывали мне даже в лечении?

Ирма снова на секунду заткнулась. Всё же не привыкла она к тому, что Вивьен огрызается. Раньше та молча всё сносила, вот и выработалась привычка за столько лет.

— Ты что несёшь, мерзавка?!

— Описываю перспективы счастливого замужества за благородным аристократом, — улыбнулась я, а потом обратилась к зрительному залу. — Ну как? Никому не захотелось в эту семью войти? У них как раз недобор.

Бывшая свекровь замахнулась, намереваясь отвесить мне пощёчину, но я перехватила руку.

— Только попробуй, — процедила я.

— А-а-а-а-а-а-а-а!!! Вы видели?! Убивают!!!

Верещала она что есть мочи, а я морщилась и не понимала — на ней какое-то проклятие? Или она просто идиотка?

— Так идите снимать побои, — ответила я. — Только избавьте от своего общества.

Свекровь запыхтела как паровоз, понимая, что её истерика не приводит к тем результатам, на которые она рассчитывала. А потом наклонилась ко мне, чтобы зрители не слышали.