Книга Ставка на месть, страница 121 – Софи Ким

Чтобы опьянеть, требовалось огромное количество усилий, поэтому император наслаждался своим состоянием настолько, насколько это возможно. Его забавляло, что все плыло перед глазами. Он смотрел на огромный потолок тронного зала, восхищаясь тем, как рубиновые драконы, казалось, двигались под его затуманенным взглядом. Как луны увеличивались и уменьшались.

Двери в тронный зал распахнулись. Руи не обратил внимания на вошедшего и сделал еще один большой глоток вина. Оно не было особо вкусным, но его это не волновало. Как и то, что явился Кан.

Кан устало прошел по серебряному ковру, расстеленному перед троном, и сдержал вздох, когда увидел своего императора: глаза налиты кровью, волосы спутаны, лицо бледное.

– Руи, – мягко сказал он, но молодой император сосредоточенно изучал потолок. – Руи, – повторил он громче.

– Уходи! – раздраженно рявкнул Руи. – Я занят, Кан. – Он отпил еще вина и вытер рот тыльной стороной ладони.

– Тебе надо встретиться с ней трезвым.

– Я хочу час спокойствия и тишины, – прошипел Руи. – Ты нарушаешь этот час. – Оторвав взгляд от потолка, Руи попытался принять вертикальное положение. Мир тотчас поплыл перед глазами. Разочарованный, он сосредоточил взгляд на размытом образе советника. – Уходи, если хочешь сохранить голову на плечах.

Кан, привыкший к вычурным угрозам, даже не вздрогнул.

– Нам нужно поговорить об Ынби.

Ынби. Руи закрыл глаза. Он знал, что сейчас девочка играла с Тэ – молодым токкэби, любящим озорничать. Вероятно, они проказничают: воруют еду на кухне, прыгают по кроватям, бегают по саду с деревянными мечами. Без людей дворец опустел, и дети с удовольствием использовали дополнительное пространство для создания хаоса.

Ынби только однажды спросила, куда подевались люди. Хана сказала, что они в Маленьком дворце, и девочка с готовностью приняла это объяснение.

– Что с Ынби? – выдавил Руи.

– Пророчество, – осторожно ответил Кан, – возможно, имеет на нее свои планы. Если Лина примет твои… условия, нам нужно уговорить ее оставить Ынби у нас. Не думаю, что девочку следует подпускать к Лине без необходимости. Это может быть опасно.

– Необходимости? – Руи с трудом встал. – И что ты подразумеваешь под необходимостью, Кан?

– Может наступить время, когда Ынби станет бесценным козырем в переговорах.

Эти слова пробились сквозь одурманивающий туман в голове Руи. Напрягшись, он прищурился, глядя на Кана.

– Она ребенок, а не разменная монета.

– Руи, – настойчиво продолжил Кан, – я понимаю, это кажется невозможным, но попробуй посмотреть на это со стратегической точки зрения. Лина сделает все ради сестры. Пророчество захочет оставить Ынби в живых в качестве собственной разменной монеты. Принцесса в обмен на верность. На снисхождение. На привлечение иностранных солдат в свою армию. В Бонсё правит молодой принц. У Лины есть младшая сестра. Не думаю, что Ынби захочет, чтобы ее продали, как скот. Держать ее здесь – это и одолжение, и необходимость…

– Ты говоришь так, словно у меня уже не получилось, – процедил Руи. – Словно красная нить связала нас ненавистью. Мы связаны любовью, Кан. Я приду к ней вечером, чтобы убедить в этом.

– Не рассказывай, – предупредил Кан, – что связь может быть направлена на ненависть, потому что мы…

– Пытаемся направить нить судьбы к любви. Я знаю, – бросил Руи.