Книга Александра. Не будите во мне вейра, страница 16 – Светлана Шавлюк

— Когда волнуюсь или боюсь, кошмарно, — призналась я смущенно. — Представляешь, чего я им наговорила, когда очнулась во всей этой вакханалии с вейрами? В клетке. Крылья парализованы. Все болит. Голова трещит.

Рита рассказала мне свою историю. Оказалось, что у нас много общего. В детстве какой-то период времени мы обе боролись за свои жизни, и обе победили. Но вот недавно какая-то неведомая сила выдернула нас из привычных жизней и запихнула в тела когда-то пропавших девушек. И если я сразу оказалась в семье, то Риту помотало сильнее.Она успела побыть рабыней на невольничьем рынке, потом наложницей своего вирра, потом поднялась по карьерной лестнице до напарницы, а потом и вовсе вошла в члены совета их острова. Молодец, девчонка. Не промах. А я что? Сидела в четырех стенах и книжки читала. Женихов поганой метлой гоняла. И тяжелыми креслами закидывала.

Еще одно сходство — это сны. Рита тоже видела их. Какой-то бункер или подвал… Холодно было, пахло плесенью и капала где-то вода. А еще кто-то хныкал. Я всегда пыталась рассмотреть этого ребенка, но темнота никак не желала рассеиваться. И я просыпалась с отвратительной тревогой в душе. А еще Рита была уверена, что есть третья такая же несчастная. И всем нам троим нужно отправиться к местной Богине. Что-то ей от нас нужно.

Мы проговорили до поздней ночи. Рита оказалась для меня, как глоток родниковой воды в пустыне. Я была так счастлива встретиться с ней, понять, что я теперь не одна, что согласилась даже с тем, что порабы и выбираться из своей скорлупы. Привыкать к новой семье, знакомиться с миром.

— Если ты права, — с запинкой поизнесла Рита, — и в нашем мире мы умерли, — он тяжело вздохнула и выдавила, — значит, возвращаться нам некуда. И придется обживаться тут.

— Я все же надеюсь, что не придется. Хотя, я, в общем-то, неплохо устроилась, — холодно оглядела свою комнату. — И в женихах, как сору роюсь, — криво улыбнулась, — да и тут с их порядками надо бы устроить им глобальную эмансипацию. В общем, дело всей жизни я себе наметила, — фыркнула я.

— О да-а, — протянула Рита, — борьба за равноправие с вейрами должна быть сложной и упорной. Но что-то с этим делать надо. Согласна. В общем, ты мне поможешь, я тебе. Справимся, — расплылась она в коварной улыбке и ушла, пообещав заглянуть на следующий день.

* * *

Утро наступило слишком быстро. И впервые я нервничала так, что дергались не только крылья, но и моя странная магия. Она редко давала о себе знать и всего лишь раз проявила себя, когда я в одну из ночей оказалась в своем привычном кошмаре. Дома, в своем мире я просыпалась в холодном поту и с бешено колотящимся сердцем каждый раз, когда его видела. Здесь же все было иначе. Я подскочила на кровати, а все постельное белье будто густым темным туманом укрыто. Сначала вовсе подумала, что горим, но сжатое от ужаса горло не выпускало ни звука. А потому я просто барахталась в панике на кровати и сипела. Пока не поняла, что запаха дыма не чувствую, а странная дымка постепенно рассеивается. А в груди становится будто теплее и спокойнее. Потом уже, глядя на дымящегося от раздражения папеньку, поняла, что это еще один сюрприз от этого мира. Но больше эти фокусы меня не беспокоили. До сегодняшнего утра. Отчего-то завтрак в компании отца Клиаты вводил меня в жуткое смятение. Препираться и огрызаться с ним стало привычным. Мой уголок стабильности и безопасности, как ни странно. А вот попытаться подружиться… Стать дочерью для этого мужчины… При этих мыслей сердце начинало биться быстро и неровно. С одной стороны что-то внутри меня радовалось такой возможности. Я хотела, чтобы в этом мире рядом были родные и близкие не только по крови, но и душою. Я устала от одиночества. Никогда не ощущала его так остро. Особенно это стало заметно для меня, когда вчера вошла Рита. Только с еепоявлением я поняла, что все это время была одна против всего мира, несмотря на то, что окружали меня доброжелательные люди. Вернее, вейры. Но как только я допускала мысль о том, что Диар станет мне настоящим отцом, из глубин души поднимался шепот, который безустанно шептал, что я предательница. И вообще-то в другом мире мои родители сходили с ума от горя. Наверняка. В общем, мое смятение сочилось темной дымкой из кожи.