Книга Моя свободная нечисть, страница 95 – Александра Черчень

Эрнелла приложила салфетку к губам, пытаясь скрыть дрожь волнения.

– Вы слишком добры, лорд… то есть Лиар. Я скромно делаю свое дело здесь, в Хармаре.

– Скромность – украшение добродетели, но истинная жемчужина не должна оставаться на дне провинциальной раковины, – парировал Лиар, и его слова падали как подобранные по весу драгоценные камни. – У меня естьсвязи в Комитете по нравственному воспитанию при дворе и, что куда важнее, в «Салоне просвещенных дам», которым руководит сама герцогиня Эльвинар. Поверьте, они пришли бы в восторг от вашего системного подхода. Я бы счел за честь лично порекомендовать вас. Ваши трактаты заслуживают самой широкой аудитории.

Он говорил не просто комплименты. Он рисовал картину. Ту самую картину, которую Эрнелла Мирандис лелеяла в своих мечтах долгие годы – возвращение в высший свет! Ее щеки покрылись румянцем, глаза блестели неестественным блеском.

Лиар повернулся к Сае, его взгляд был теплым и внимательным, как у старого друга.

– А вы, Сая, как поживаете? Работа в библиотеке, как я понимаю, отнимает много сил? Вы выглядите немного утомленной.

В его тоне не было ни капли насмешки. Только искренняя, как казалось, забота. И это было самым отвратительным. Он знал, какая она сейчас – измотанная, загнанная в угол. И он играл в эту игру, делая вид, что все это – просто светская беседа.

Сая подняла на него глаза.

– Все в порядке, лорд Таринис. Работа, как обычно.

– Я рад, что вы достигли таких высот, – тонко улыбнулся Таринис. – И что им ничего не угрожает.

Намеки такие намеки…

Не стоило утруждаться, Саечка прекрасно помнила о том, что за ней должок. По крайней мере моральный.

Обед наконец подошел к концу. Эрнелла, пылая от счастья и выпитого вина, величественно поднялась.

– Ах, какой восхитительный день! Лорд Таринис, вы просто очаровали наше скромное общество!

Лиар встал, его движения были по-прежнему безупречны.

– Все очарование – исключительно ваша заслуга, леди Мирандис. Позвольте поблагодарить вас за гостеприимство. – Он сделал небольшую паузу, и его взгляд упал на Саю. – И осмелюсь попросить о еще одной милости. Я был бы бесконечно признателен, если бы вы разрешили мне пригласить Саю на короткую прогулку в сад. Осенний воздух такой освежающий, а нам с ней, как старым друзьям, есть что вспомнить.

Эрнелла вспыхнула от удовольствия. «Прогулка в саду» после семейного обеда – это почти что ухаживания!

– Конечно! – воскликнула она, сияя. – Если, конечно, внучка захочет… Но помилуйте, выходить на улицу сейчасхолодно. Однако у нас есть чудесный зимний сад!

– Буду счастлив изучить!

Сая медленно подняла голову. Всю трапезу она чувствовала, как внутри нее копится что-то темное и вязкое. Сначала это была усталость, потом – отчаяние, а теперь, глядя на торжествующее лицо бабушки и спокойно-наглую маску Лиара, это что-тонаконец закипело. Это была ярость. Тихая, холодная и абсолютно беспощадная.

Она отодвинула стул. Звук ножек о паркет прозвучал неожиданно громко.

– Я не против, – мрачно, отчеканивая каждое слово, проговорила она, глядя прямо на Лиара. В ее глазах наконец появился огонь. Правда, совсем не романтический.

Эрнелла замерла с открытым ртом, шокированная внезапной твердостью в ее голосе. Лиар же, напротив, лишь чуть склонил голову, в его глазах мелькнул неподдельный интерес, почти уважение.