Книга Прошлое (не) исправить, страница 91 – Виктория Цой

— Ди, я всё хотел спросить, а чем мы занимались в твоём сне? — спросил Кир, плавно скользя по льду.

Я старалась не отставать от него. В отличие от него, я каталась просто ужасно. Корова на льду и то держалась бы лучше. Кир всё время держал меня за руку, не давая упасть. На улице давно сгустились сумерки, каток, освещённый уличными фонарями, успел опустеть. Приехать сюда было спонтанным решением. После работы Миллер заехал за мной, пообещав отцу вернуть в целости и сохранности.

Кстати, папа после выписки превратился в настоящего строгого родителя, не отпускавшего ни с кем, кроме Кира, который по понятным причинам внушал ему доверие. Думаю, пока мне не стоило бить тревогу — папе тоже нужно было время, тем более, судя по его частым свиданиям, скоро у меня могла появиться мачеха.

— Разговаривали, — улыбнулась я, заранее угадывая следующий вопрос.

— И всё? — рассмеялся он.

— Целовались.

Миллер вдруг остановился и, ловя меня на скорости, заключил в свои объятия.На нём была надета дутая куртка, поэтому приземление оказалось не просто приятным, а мягким, словно в обволакивающее облако.

В его взгляде играло лукавство.

— Что ты делаешь? — рассмеялась я, утопая в его объятиях.

— Хочу кое-что проверить, — он перестал улыбаться, стал подозрительно серьёзным. Его взгляд упал на мои губы.

Он не дал мне уточнить и в то же мгновение завладел ими. Поцелуй получился нежным и одновременно страстным. Не таким, как тогда в больнице. Кир не просто целовал — он заставил меня потерять голову, забыться. Если бы он не держал меня так крепко, я бы взлетела в воздух. На улице стоял мороз градусов в минус десять, но, несмотря на него, я ощущала жар во всём теле, и что-то подсказывало, что мой тёплый пуховик не имел к этому никакого отношения.

— Во сне было так же? — сбивчиво спросил он, немного отстранившись. От него исходил аромат морского бриза и летнего солнца.

— В реальности лучше, - промурлыкала, облизывая слегка опухшие от поцелуя губы.

— Здесь рядом дом моих родителей. Заедем погреться? — спросил он низким голосом.

Родители?! Я тут же пришла в себя, несколько раз моргнув, сбивая пелену страстного удовольствия.

Заметив моё замешательство, он громко рассмеялся.

— Их нет дома. Они улетели отдыхать в Тай.

— А. Тогда хорошо.

Он выпустил меня из объятий, и я тут же ощутила холод. Оказалось, я действительно замёрзла, и Кир это понял. Переобувшись, мы сели в машину и помчались по освещённой трассе в сторону частного сектора.

Когда Кирилл говорил про дом, он, мягко говоря, приуменьшил его раз в сто. Дом оказался вовсе не домом, а трёхэтажным коттеджем с кирпичным забором. Я словно попала в настоящий музей. Интерьер был выполнен в ярких цветах, украшен африканскими масками, декоративными подушками, пёстрыми коврами и винтажными светильниками. В доме чувствовались восточные, африканские и европейские ноты.

— Моя мама — фанат бохо, — с улыбкой пояснил Кир, бросив свою куртку на диван. — Из-за любви к путешествиям она нашла свой идеальный стиль.

— Она у тебя очень разносторонняя.

- Очень, - согласно кивнул, медленно притягиваяя к себе. — В доме есть бассейн с подогревом, — уже на ухо прошептал он, растягивая молнию на моём пуховике.

Бабочки в животе запорхали, заставив сердце подпрыгнуть. Не спеша,он помог снять пуховик и куда-то его положил. Затем взял меня за руку, переплел наши пальцы и повёл по длинному коридору. Пока мы шли, сердце стучало в сумасшедшем вальсе. Интерьер внезапно перестал быть интересен, так же как и всё окружающее. Не было ни тревоги, ни страха, ни одной мысли — только томительное ожидание…