Книга Словно ветер среди иссохших ветвей. Книга 2, страница 104 – Таль Сэуль

Серебристый мех зверя отливал белоснежной чистотой под мягким лунным светом. От величественного благородного облика, что не скрывался, даже когда зверь, лежа без сил, истекал кровью, у охотника отвисла челюсть. Ох черт, сколько ж это денег? Даже животный страх, что заполнил разум мужчины, вмиг исчез. Этот монстр стоил как минимум в десять раз дороже малыша Люпус, которого он поймал.

В конце концов жадность и нетерпение взяли над ним верх.

– Ну, в общем… я действительно поступил очень плохо, когда напугал вашу драгоценную спутницу, хоть и не преднамеренно, но…

Когда тяжелый взгляд красных глаз упал на егеря, у того непроизвольно побежали мурашки по телу, а голова вжалась в плечи. Резко съежившись и отступив назад, охотник украдкой показал кончиком пальца на арбалетную установку, стоявшую позади него.

– Ведь в результате… то есть благодаря тому, что я в нужное время подстрелил демонического зверя, девушка оказалась в безопасности… Ха-ха.

Что ж, этого ведь будет достаточно, верно? На самом деле егерь хотел более убедительно преподнести лорду то, что именно он смертельно ранил этого волка. Поскольку в охоте на демонических тварей участвует много людей, оплата выше у тех, кто берет на себя больший риск. Оттого позиция егеря, который стреляет по целям с большого расстояния, была несколько неоднозначной во время распределения доходов. Поэтому он не мог позволить себе упустить такую наживу, просто наблюдая за всем со стороны.

«Если бы только этот эрцгерцог Аксиаский не вмешался, я бы, возможно, смог извлечь для себя больше выгоды… Как бы там ни было, нужно было хотя бы заявить, что это именно я нанес зверю смертельную рану в важный момент…»

Однако собравшиеся вокруг люди лишь равнодушно посмотрели на охотника.

– !

Зверолов закатил глаза. Вот что со всеми ними не так? Признают они его вклад или нет – факт есть факт. Он должен был хотя бы что-то сказать. Но несмотря на то, что был пойман такой огромный демонический зверь, у всех было какое-то недовольное выражение лица.

– Да какая разница, чья это заслуга? Ведь ловить одновременно мать и дитя запрещено законом, – бросил один из наемников.

Глаза егеря расширились.

– Что?

Наемник спокойно продолжил:

– Вы ведь знаете правила охоты? Самка или детеныш – одного из них надо отпустить.

«А что, было такое правило?» Зверолов ошарашенно посмотрел сначала на наемника, затем на эрцгерцога, и его лицо приобрело разочарованный вид. Только теперь он понял, почему все вокруг него были такие мрачные. Потому что знали, что добыча им недоступна. Охотники, вышедшие на помощь, не охотились, а просто усмиряли опасного зверя, внезапно появившегося во дворе монастыря. Что детеныш, что взрослая самка – оба имеют высокую ценность, из них можно получить магические ингредиенты, пушнину или сделать чучела, а говорят, что он неизбежно должен отпустить одного!

Охотник тут же посмотрел на пойманного им детеныша. Среди всех, кого мужчина изловил на охоте, этот волчонок был самым дорогим! И теперь из-за этого щенка он должен упустить настоящее сокровище?

Так легко и почти беспрепятственно поймать серебряного волка, крупного демонического зверя, умеющего скрываться и управлять магией, почти невозможно. В этой ситуации было очевидно, что мать Люпус пришла из-за своего детеныша, но егерь чувствовал по отношению к волчонку лишь досаду и раздражение.