Книга Я подарю тебе свое разбитое сердце, страница 95 – Полин Мур

Метла выпала из ее рук, а из глаз потекли слезы. Я встал с кровати и в ту же секунду оказался рядом с ней. Обнимать ее было неуместным, поэтому просто положил свои руки на ее хрупкие плечи, хотя понимал, что ничего этим не добьюсь. Мне просто хотелось поддержать ее, дать понять, что она не одна, как она дала понять это мне.

— Почему люди так жестоки со своими близкими…

В этот момент я задумался: либо у нее слишком огромное и ранимое сердце, либо у нее у самой не все так гладко с семьей. Ее чувствительность делает ее эмпатом: она способна ощущать эмоции других, сопереживать и страдать вместе с ними. Думаю, это качество может быть как благословением, так и проклятием. С одной стороны, она может быть надежной опорой для тех, кто нуждается в поддержке, проявляя искреннюю заботу и понимание. С другой стороны, ранимость может приводить к эмоциональному выгоранию.

— К сожалению, не все люди хорошие.

Внезапно в палату вошла другая медсестра. Взрослая женщина старше сорока с ярко-оранжевыми волосам и слишком уж красной помадой. Онас интересом рассматривала картину, которую застала. Линда сразу отстранилась от меня и подняла метлу.

— Ох-ох-ох, что за прелесть, — женщину эту явно повеселило. — Линда, детка, ты же знаешь, что тебе запрещено вступать в отношения с пациентами?

— Это не то что что Вы подумали, Кларисса, — пролепетала девушка.

— Да неужели?

Взгляд медсестры переметнулся на меня. Вероятно она думала, что я начну оправдываться, но мне не за что оправдываться. В моем сердце только Милисента и никто другой не сможет занять ее место. Линда, конечно, хорошая девушка, но она мне как младшая сестра, которую я потерял в детстве.

— Заканчивай тут. Корнард всех собирает в своем кабинете. Нужно же что-то делать с этим стариком из пятой палаты, — она собиралась закрыть дверь. — Одной проблемой меньше…, — шепотом добавила она.

— Мистер Шен не был проблемой!

Линда пришла в ярость, но на ее комментарий женщина только тихо рассмеялась, а затем все же ушла. Она повернулась ко мне и с виноватым видом посмотрела на меня.

— Мне пора.

Она затопталась на месте, но все же пошла к выходу. В последний момент, когда ее рука уже накрыла дверную ручку и собиралась повернуть, я окликнул ее.

— Не вини себя в его смерти. Вы сделали все, что могли. К сожалению, даже врачам не всегда подвластна смерть.

Она всхлипнула, а затем ушла.

Следующие несколько дней проходили спокойно, пока до меня не дошли слухи о нас с Линдой. Нас обсуждали и пациенты, и персонал. Я заметил это случайно, когда возвращался с процедуры. Две другие медсестры говорили сначала обо мне, а потом о ней. Я не придавал этому значения, вообще-то мне даже было все равно, пока через неделю я не услышал разговор Линды с той самой женщиной, которая нас застала. Клариссой.

— Девочка, не совершай одни и те же ошибки. Забыла, что было после смерти Люка?

— Мы с Люком были больше, чем пациент и врач. И Вам это известно!

— Да плевать мне. Неизвестно, как долго продержится этот. Не стоит снова разбивать себе сердце из-за смазливого личика, которому Бог знает, сколько осталось.

— Во-первых, все совсем не так. Во-вторых, не Вам раздавать мне советы, — девушка развернулась и направилась в мою сторону. Я стоял на углу, поэтому она меня не видела, но я знал, что столкновение неизбежно. — И в-третьих, прекрати вестисебя как долбанная стерва.