Книга Я была воительницей, но переродилась в теле леди. Том 1, страница 121 – Хе Рим Сон

– Госпожа?

– Дай мне минуту.

Согласно нахлынувшим воспоминаниям, в южных покоях, где висел портрет, раньше стояли кровать и цветочный горшок.

– Луана, прошу тебя, держись, я отдам все, что у меня есть, но достану тебе лекарство. Я обязательно его достану!..

– А-а-а, больно! Больно! Луи, пожалуйста, прошу тебя! Избавь меня от страданий!

В памяти Люциферы всплыло раскрасневшееся, разгоряченное от лихорадки лицо графини. И согбенная спина графа, находившегося в полном отчаянии.

– Госпожа? С вами все в порядке?

Люцифера покачала головой, глядя на встревоженное лицо Мэтси и тяжело дыша.

– Люци, пожалуйста! Люци, скажи отцу, чтобы он помог меня. Пожалуйста, прошу тебя! Мама больше не может так жить.

– Все в порядке. Просто кое-что вспомнила.

Люцифера сохраняла невозмутимое выражение лица, но Мэтси смотрел на нее встревоженно, словно о чем-то догадался.

– Похоже, матушка сильно страдала.

– Да, все было именно так.

Люцифера с трудом подбирала слова.

– А потом на этой земле был открыт прииск?

– Верно.

Сразу за смертью графини последовала попытка самоубийства графа.

По иронии судьбы, с тех пор финансовое состояние графа улучшилось. В недрах одной из двух гор-близнецов, расположенных в этих невзрачных землях, обнаружили месторождение драгоценных камней.

– Это небольшой прииск, но его хватило, чтобы обогатить эти земли, – пояснил Мэтси.

Люцифера кивнула. Ее сердце щемила тоска. Ужас, который пережила Люцифера в юности, до сих пор отголосками отдавался в ее теле. Ей стало искренне жаль настоящую Люциферу. Она не хотела приезжать сюда по веской причине. Никто не захотел бы возвращаться в место, пропитанное печальными семейными воспоминаниями.

Получилось, что Люцифера случайно узнала трагичную историю этой семьи. С ее губ слетел сдавленный вздох. Она снова подняла глаза на улыбающуюся графиню, свою мать.

Что подумал граф, когда увидел мертвую жену здесь, в южных покоях? Она не могла даже представить. Ведь, находясь в теле Люциферы, она была совсем другим человеком.

Примерно через двадцать дней после отъезда Люциферы до изнывавшего от скуки Седа дошла новость: на деревню на северо-западе напали монстры.

– Вы собираетесь поехать туда? – спросил Бернард.

– Да. В столице так скучно, что я уже не могу этого выносить. Нужно доложить его величеству, – улыбнулся Сед.

«И снова он за старое», – подумал Бернард, увидев радость, зарождающуюся на лице герцога.

С тех пор как Сед достиг совершеннолетия, случаев, когда он оставался в столице дольше чем на год, можно было пересчитать по пальцам. Бернард думал, что после того, как Сед унаследует титул, все изменится, но, очевидно, он сильно ошибался.

Сед ненавидел столичную суету и скрытую под ней борьбу за власть. Этим он разительно отличался от своего отца. Предыдущий герцог Хайнт активно участвовал в политических интригах, отстаивал свои интересы и, став членом одной из фракций, всегда пребывал в столице.

Его сын хоть и прикладывал усилия, чтобы получить желаемое, не имел отцовских амбиций. Не желая бороться с тем, что приходилось ему не по нраву, Сед предпочитал уклоняться и избегать. Он ненавидел вмешиваться в то, что не касалось его напрямую.

Бернард не сомневался, что не пройдет и двух лет, как Сед передаст столичное поместье в руки управляющего, сложит полномочия капитана рыцарского отряда и вернется в свои провинциальные владения.