Книга Конфетка для придворного мага, страница 123 – Натали Измор

― Можно будет добраться за три часа. Но большой отряд взять с собой не сможем. И кроме этого нам будет необходимо воспользоваться магией крови и провести кровавые ритуалы, ― Арвард внимательно в упор посмотрел на императора совершенно без страха. ― Жертвы не человеческие, понадобится три или четыре крупных парнокопытных размером явно больше, чем овца или коза. В принципе корова или олень подойдут.

― Ваше Императорское Величество, ― Двэйн уже полностью пришёл в себя. ― Я готов взять всю ответственность на себя.

― Двэйн, я понимаю твоё отчаянное желание, ― и всё же монарх колебался.

― Гэйл… Я трижды спасал тебе жизнь и никогда не требовал ничего согласно правилу долга. Пришло время просить и напомнить, что ты трижды должен мне жизнь.

― Хорошо, ― Гэйл сдался и кивнул, потому что не было ничего более серьёзного, чем долг жизни. ― Но я предупреждаю вас Арвард дар Харс, ― император встретил тяжёлый взгляд отца Эрианты. ― Никаких человеческих жертв.

― Что в таком случае с предателями? ― подал голос со вполне логичным вопросом Дарган Орсвод.

― По возможности доставить живыми. В случае сопротивления ― убить. Кстати, Двэйн. Будьте осторожны. Кажется, юный барон Соул совсем съехал с катушек и убил собственного отца, забрав его магические силы с помощью чёрной магии. Тело убитого нашли в особняке в его собственном кабинете. Такая же участь постигла ещё несколько знатных семей, что лишились своих истинных глав.

― Благодарю, Гэйл, ― Двэйн пожал руку императору, а тот хлопнул друга по плечу.

― Я доверяю тебе возглавить эту операцию, Двэйн, ― император Райс повернулся к Арварду.― Дар Харс, вам и вашим спутникам предоставят всё необходимое. Не будем терять время, господа.

Глава 65

― Пока её удар не хватил, нужно начинать ритуал, ― скривился Элиас Лайм. ― Милена, Альберт, приступайте.

Элиас занял своё место по центру за алтарём и передал книгу Милене. Альберт же взял в руки кинжал и направился ко мне. Пока он преодолевал не самое маленькое расстояние, я думала. Не о собственной возможной кончине, не о том, что больше никогда не увижу Двэйна и наши мечты пошли прахом. Нет. Меня интересовало простое человеческое «почему?»

Почему моя мать, имевшая высокий статус и прекрасный достаток, мать стольких дочерей, уважаемая до всего случившегося персона ― стала фактически рабой какого-то чернокнижника. Как и когда они познакомились? Что произошло между ними в момент встречи? Ведь настолько завладеть мыслями и чувствами, да попросту всем существом можно только когда личность находится в столь глубоком смятении и отчаянии, словно впереди нет ни будущего, ни выхода. Или же моя мать настолько сильно потакала собственным желаниям и пала жертвой собственной гордыни? Вряд ли она мне ответит на эти вопросы.

А что мой друг?

Тот, с кем я прошла долгие годы обучения. Неужели я в нём ошиблась? Или же что-то повлияло на него настолько сильно, что он изменился в краткие сроки? В таких знакомых глазах я искала хотя бы намёк на сочувствие или жалость, но нет, не находила. В его взгляде ясно читались лишь предвкушение и нетерпение.

― Почему? ― спросила, когда он оказался настолько близко, чтобы услышать мой тихий вопрос.

― Слишком легко, ― ответил он, остановившись, оглянулся на Элиаса, но тот всё ещё был занят.