Книга Дракон в отпуске, страница 22 – Элисса Тир

Она поняла. Он не делал предложения. Он подводил черту под прошлым и закладывал фундамент для будущего. Он дарил ей символ их встречи, отлитый в вечность. И в этом жесте было больше искренности и понимания, чем в любом заученном признании.

Она подняла на него глаза, полные слез.

– Спасибо, – сказала она.

Он кивнул,и напряжение спало с его плеч. Он боялся, что она не поймет. Но она поняла. Всегда понимала.

Прошла еще неделя. Гриф больше не исчезал, но стал особенно задумчивым. Он часто смотрел на Лизу, когда та не видела, а потом отводил взгляд, будто обдумывая что-то важное.

И вот однажды, когда они закончили работу и солнце клонилось к закату, окрашивая небо в персиковые и лиловые тона, он сказал:

– Пойдем на ту поляну. Где дикие ирисы.

Они пошли, не торопясь. Воздух был теплым, пахло нагретой за день землей и медом. На поляне ирисы действительно цвели, сине-фиолетовые копья среди изумрудной травы. Все было так же, как в тот день, когда она впервые привела его сюда. Но они были другими.

Гриф остановился посреди цветов и повернулся к ней. Он выглядел серьезным, но не скованным.

– Лиза. За эти месяцы я перестал быть тем, кем был. Война ушла из меня. Не полностью – шрамы и память останутся. Но ее власть над моей душой закончилась. И все благодаря тебе.

Она молчала, давая ему говорить, ее сердце колотилось в ненормальном ритме.

– Ты показала мне, что сила бывает не только в пламени и стали. Она бывает в терпении, в умении растить, в способности дарить красоту. Ты не только дала мне приют. Ты дала мне новую жизнь. Новую миссию. И теперь я знаю, чего хочу.

Он сделал паузу, глядя куда-то вдаль, собираясь с мыслями.

– Я хочу быть твоим мужем. Твоим партнером во всем. В радости и в заботах. Ты согласна стать моей женой?

И в этот самый торжественный момент, когда тишину нарушало лишь жужжание пчел, одна из них, упрямая и трудолюбивая, решила, что Гриф очень интересный, большой и, вероятно, цветущий объект. Она с настойчивым жужжанием принялась кружить вокруг его неподвижного, напряженного лица, явно собираясь приземлиться ему на нос.

Гриф, не отрывая от Лизы серьезного взгляда, медленно, с величайшим самообладанием, поднес руку и очень осторожно отмахнул пчелу, не прерывая речи.

Лиза наблюдала за этой сценой, и сначала удивление, а потом неподдельное веселье стали подниматься в ней. К моменту, когда он закончил, она уже давилась смехом, слезы от напряжения и счастья катились по ее щекам.

– Да! – выдохнула она сквозь смех. – Конечно, да! Тысячу раз да! Только вот, – она указала пальцем, все еще хихикая, – только обещай, что на нашей свадьбе не будет пчел в качестве почетных гостей. Или ты будешьвсе время от них отмахиваться, а не на меня смотреть.

Гриф, на чьем лице наконец дрогнули уголки губ, а затем расплылась широкая, счастливая улыбка, шагнул к ней и заключил ее в объятия.

– Обещаю смотреть только на тебя.

И они смеялись, кружась среди ирисов, а пчела, обиженно жужжа, улетела к более гостеприимным цветам.

Они вернулись в город, держась за руки, и на их лицах было написано все. Они даже не успели дойти до лавки, как первая же соседка, торгующая пряниками, выскочила на порог и ахнула, прикрыв рот ладонью.

– Ох, господи! Да вы поглядите на них! – крикнула она на всю улицу. – Так и светятся! Ну что, дракон, нашу красавицу у нас украл?