Книга Магнит для ангелов, страница 293 – Тимофей Решетов

Небо было прозрачно-голубое, лишь кое-где висели в нем редкие облачка. Солнце близилось к закату, и его лучи освещали все внутреннее пространство сбоку. Наклонные внешние стеклянные стены купола, казалось, не только пропускали этот свет внутрь, но даже как бы усиливали его, а полупрозрачные стены внутренних помещений как бы перераспределяли его по всему пространству второго уровня.

Тут собралось уже много народу. Кто-то, вероятно, провел здесь целый день. Сева разглядел группу художников, которые стояли в западной части уровня у мольбертов. Другая группа – человек пятнадцать – делала какие-то странные пассы руками и ногами. Большинство же присутствующих уже поднимались по лестницам на следующий, верхний уровень. Туда же отправился и Сева вслед за группой «своих» ребят, с которыми пришел сюда от тети Клавы.

Третий уровень – собственно купол, высотой метров двадцать. На самом верху, в центре, ребра каркаса формировали красивую семиконечную звезду, и оттуда причудливым узором расходились к основанию. За исключением ребер, купол был абсолютно прозрачен. Основание зала было круглым, метров пятьдесят или шестьдесят в диаметре. По периферии в зал поднималось со второго уровня семь лестниц, шириной метра по три, они были отгорожены от внутреннего пространства невысокой перегородкой, вдоль которой по всей внутренней окружности был устроен невысокий широкий светлый диван. На диване стопками лежали подушки и пледы.

Пол зала был выложен деревянным паркетом из различных сортов дерева, образуя удивительной красоты и сложности узор. Центр зала представлял собой круг диаметром порядка десяти метров, от него расходилось семь лучей, деливших все пространство зала на разные по оттенку участки, которые, как объяснили Севе ребята, назывались «рощами». Вся группа, в составе которой он сюда попал и которая тут уже пополнилась еще несколькими участниками, расположилась в «дубовой роще» на юго-востоке. Еще тут были тополь, береза, осина, сосна, клен и ясень. Зал казался (да он и был!) огромным и, залитый светом предзакатного солнца, выглядел впечатляюще грандиозно.

Когда они только пришли, тут уже было человек сто, и люди продолжали собираться, поднимаясь по лестницам. Все рассаживались на диванах по периметру. Разговаривали очень мало, все внешнее общение сводилось к коротким репликам и каким-то междометиям. По всему было видно, что все люди отлично знают, зачем они сюда пришли, что сейчас тут будет происходить, и пребывали в напряженном ожидании. Дима, который казался главарем всей «дубовой» команды, выглядел сосредоточенным и, не отрываясь, наблюдал за происходящим в зале. Да и все остальные также пребывали в состоянии включенности в процесс. Женя усадила Севу на диван и сказала ему:

– Наблюдай пока. Скоро начнется…

Ребята все вместе встали метрах в пяти от дивана шеренгой, на небольшом расстоянии друг от друга.

Сева сидел на диване, скрестив ноги, выпрямил спину и пытался сосредоточиться на шаре. Он прислушался к окружающим звукам. Ему казалось, что он улавливает какой-то ритм, как бы пульсацию. Через пару минут этот ритм сделался совершенно очевидным. Сева закрыл глаза и увидел, что весь зал залит плотным слоем света. Это было похоже на море, и это море пульсировало. Сева скорее ощутил, чем понял, что это море сформировано из нескольких потоков: те, что исходили от земли, снизу, поднимались как своего рода туман, а лучи закатного солнца проникали в эту базу сверху, сквозь прозрачный купол, насыщая ее белой лучистой субстанцией. Но самая главная, живая составляющая приходила от собравшихся, и она имела янтарный оттенок. Именно благодаря сознательному участию людей две базовые компоненты соединялись в единое целое.